Четверо друзей, возрастом 24-26 лет, ‘проваливаются’ в 19 век. Выросшие в офицерских семьях, они не приняли появления капитализма и считают социализм наиболее справедливым строем. ‘Попаданцы’ беззастенчиво используют знания будущего, поэтому живут богато.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
меня в Ватикан.
— Поздравляю. Наконец вы сможете наслаждаться свежим морским воздухом и солнцем не десять дней в году, а десять месяцев.
— Да! Этот проклятый остров — самое дождливое место на Земле, — грустно улыбнулсяСазонов.
— Это не так, — засмеялся Ершов, и добавил, — Гавайская королева отдала мне во владение остров Кауаи, там 350 дней в году идет дождь.
— Интересная особенность ваших владений, ваша светлость.
— Можно просто герцог, а лучше мистер Ершов или Николай Николаевич.
— Спасибо. Мистер Ершов, вы позволите мне коснуться того поручения, не выполнив которое, я не смогу уехать в Рим? — соизволил прекратить глупые любезностиСазонов.
— Безусловно! Я готов оказать вам всяческую помощь!
— Ваше правительство заказало у Ярроу два истребителя. С одной стороны, водоизмещение 200 тонн — это недостаточно солидно, с другой стороны, скорость 31 узел — это очень даже серьезно. Хотя, цена в 36 тысяч фунтов за такой крошечный корабль заставляет задуматься. Ярроу рассчитывает на ваш крупный заказ, он думает, что война Гавайской республики с Японией заставит вас увеличить ВМФ в десять раз! Мы тоже планируем сделать заказ Ярроу, но наши адмиралы хотят увеличить водоизмещение истребителя вдвое, даже втрое. Я прошу вас помочь мне ознакомиться с чертежами и расчетами, дать возможность побеседовать с вашими инженерами, осуществляющими надзор за строительством кораблей.
— Я выполню вашу просьбу, уважаемый Сергей Дмитриевич, сделаю всё, что в моих силах. Но, мне нужна встреча с премьером Гладстоном. Надеюсь, его слова не расходятся с делом, помните: «… умение ценить вечные и неоценимые принципы человеческой свободы».
— Пятый граф Розбери вас не устроит? Вы невнимательно читали мой отчет, или не дочитали его до конца? Гладсон ушел в отставку, на его место пришел Примроуз. Он поставил министром иностранных дел Джона Кимберли, и доверяет ему решать все «мелкие» дела, лишь уведомляя себя.
— Граф Кимберли? Тот, кто аннексировал алмазные поля, и назвал поселок своим именем? Все наработки коту под хвост? — растерялся Ершов.
— Мой сын учится в колледже Далвич. Недавно туда перевели Пелема Вудхауза, внука графа Кимберли. Мальчишки подружились. Когда я приехал навестить сына, то встретил в колледже графа, отец Пелема, колониальный чиновник, не так часто приезжает в Англию.
— Вы успели обговорить с графом мой вопрос?
— Нет. Это не принято, но граф пригласил меня заходить к нему в любое время.
— То есть вопрос можно считать решенным?
— Ваше золото пришлось по нраву газетчикам, но две недели назад в прессу просочились сведения, что вы непонятным образом утопили два японских крейсера и военный пароход. Газеты высказали предположение, что три английских морских офицера, командовавшие на японских кораблях, находятся в гавайском плену. Это губит весь ваш положительный имидж. Дайте графу Кимберли слово освободить англичан.
— Они наёмники, они воевали на стороне Японии, по всем законам эти офицеры должны быть повешены. Пусть скажут спасибо, что я держу их в тюрьме.
— Николай Николаевич! Позвольте! Во время гражданской войны в США в ней участвовали русские добровольцы. Они тоже преступники? — удивился Сазонов.
— Если они не получали денег, то добровольцы, если воевали за деньги, безусловно, преступники, — провел грань Ершов, и отрезал, — английские офицеры воевали за деньги.
— В этом случае вам, мистер Ершов, нужно поступиться принципами, — посоветовал Сазонов.
— В обмен на подтверждение Великобританией: во-первых, агрессии Японии; во-вторых, легитимности нашей блокады японских портов и, в-третьих, запрета на торговлю с Японией военными товарами? Согласен!
— Не запрет, но рекомендация. Ни один англичанин не поверит в действенность вашей блокады. Торговцы воспримут «рекомендацию» как формальную уступку, а освобождение офицеров, как конкретное и важное дело. Правительство должно выглядеть красиво; переговоры казаться выгодными; кровожадным и диким японцам погрозят пальчиком; а далекой крошечной стране Гавайи, населенной белыми людьми, окажут моральную помощь.
— Формальную уступку? Вот как? Даже продав нам истребители, англичане считают нас пустым местом? — удивился Ершов.
— Они продали Японии семь крейсеров: «Чиода», «Иосина», «Нанива», «Такачихо», «Идзуми», «Фусо», «Цукуси» и сейчас готовятся отправить крейсер «Тацута». Что такое, по сравнению с ними, два миноносца?
— «Такачихо» и «Чиода», как вы знаете, мы потопили. Тогда у нас не было истребителей, — зло засмеялся Ершов.
— Думаю, вы потопили их потому, что японцы уверовали в свою полную безнаказанность. Я, конечно, слабо доверяю газетам, но, если
