Четверо друзей, возрастом 24-26 лет, ‘проваливаются’ в 19 век. Выросшие в офицерских семьях, они не приняли появления капитализма и считают социализм наиболее справедливым строем. ‘Попаданцы’ беззастенчиво используют знания будущего, поэтому живут богато.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
три правила: во-первых, они должны иметь во главе ответственное лицо; во-вторых, носить мундир или иной видимый на расстоянии постоянный отличительный знак; в-третьих, открыто носить оружие. По закону Гавайской республики такие бандиты должны быть казнены, а их имущество конфисковано.
— А насилие? Оно тоже законно? — возмутилась Мари.
— Жертвы могут обратиться в суд в Гонолулу, — издевательски предложил Гусев.
— Вы белые все на одно лицо. Как женщины смогут опознать насильника?
— Где вы, Мари, увидели насильников? Уверен, те женщины наверху хотели получить от казаков защиту, определенную безопасность, возможно, выгоду, а кричали, чтобы сохранить лицо перед знакомыми. Я не исключаю и благородный вариант: служанки или няни отдались казакам, чтобы обезопасить от насилия хозяйку, или ее дочь. Возможно, я покажусь вам грубым, но японские женщины, с точки зрения казаков, некрасивы, крайне непривлекательны. Есть, конечно, исключения, например, вы, Мари! — соврал Гусев, — Хотя, думаю, и казаки кажутся вам ужасными?
— Не все, далеко не все, — смутилась Мари, — Тимофей немного похож на мужа моей тети. Ваши шрамы, генерал, придают героический вид вашему облику.
Гусев подошел к большому зеркалу. Шрамы ужасали, без всякого героизма. Наклон зеркала для высокого Гусева был неудобен, и он решил поправить его. Вместо того, чтобы чуть развернуться вверх, зеркало поднялось, и открылся сейф.
— Мари, поднимитесь на второй этаж и пригласите сюда хозяйку с ключом. Мне не хочется взрывать сейф и стену.
Японка топнула ногой и гневно заявила:
— Ни за что!!!
— Тогда быстро, бегом наверх! Предупреди женщин, что будет большой бабах!
Мари испуганно побежала на второй этаж, а Гусев закрепил на сейфе гранату, да еще перевернул стол и прислонил столешницу к сейфу. До двери на кухню было метра три. Гусев отрезал шнур от портьер, его как раз хватало до двери. Привязав шнур и забравшись за дверь, Гусев резко дернул за шнур и побежал к черному входу, разевая рот и закрывая руками уши. Взрыв получился глухой, ударная волна ушла в потолок. Стол развалился, а у сейфа сорвало замок и вдавило дверку вовнутрь. Гусев провозился четверть часа пока смог открыть сейф. Внутри лежала пачка бумаг, четыре золотых слитка и два мешочка из замши. Гусев взял один мешочек, распустил завязку и удивился величине жемчужин, в его руках находилось сокровище стоимостью в сотни тысяч долларов.
«Оп-па! Мы уже окупили затраты на поход!» — подумал Гусев, — «Хотя наша цель не нажиться, а разорить врага. Пущенный на дно пароход с зерном, важнее тысячи винтовок, а тем более этих игрушек »
На улице раздались выстрелы, Гусев выбежал из дома и выглянул за ворота. Пятеро казаков загнали в переулок с улицы два десятка японцев. Последние были вооружены топорами и ножами, лишь у одного блеснула сабля. Казаки кричали, чтобы японцы бросили оружие и сдались, но из-за ужасного акцента их было не понять. Калитка соседнего дома была открыта, и японцы бросились туда, но короткая автоматная очередь в упор уложила двух первых, и ранила еще одного. Гусев закрыл ворота, убивая последнюю надежду на спасение.
— Помогите! — молили они по-японски, стуча в ворота.
Казаки бросились к остановившейся толпе, и стали рубить японцев шашками, лишь худой пожилой мужчина с саблей проскользнул вдоль по переулку и нырнул в крошечную калитку в последнем по переулку доме. Гусев позвал казак, и только потом открыл ворота. Японцы лежали на земле, лишь один был жив, ему вязали руки.
— Главарь ускользнул в следующий дом, — Гусев показал рукой, — Дождитесь подмоги, впятером штурмовать такую громадину опасно.
— Вашбродь, мы тихонько разведаем, заодно дорогу к бегству японче перекроем, — попросил казак.
— Осторожно, черти! Я выйду на улицу, найду вам кого-нибудь в помощь.
Пробегая мимо того дома, что захватили первым, Гусев не увидел караульного и сделал себе зарубку в памяти: проверить этот дом снова, японцы могли придушить казака. На улице его уже ждали. Собралось сотни три казаков, готовых двинуться к замку. Тут же подбежали Тимофей с Лютым. За ними девять казаков из той десятки, что штурмовала дома вместе с Гусевым. Володя послал Тимофея в порт, отнести золото и жемчуг Франческе, девятку казаков он направил в последний дом в переулке, не забыв предупредить о пропавшем часовом.
Минут через десять показался бегущий обратно Тимофей, прибавилось еще сотня казаков, и Гусев скомандовал поход на замок.
— Я бы плюнул на этот замок? В домах трофеев хватает с лихвой. Людей на штурме много потеряем, — сказал Тимофей Лютому.
— Дома? Склады и магазины, конторы и банки!!! — вот что нужно брать, — возразил Лютый.
— Мы будем лишь блокировать замок,
