Четверо друзей, возрастом 24-26 лет, ‘проваливаются’ в 19 век. Выросшие в офицерских семьях, они не приняли появления капитализма и считают социализм наиболее справедливым строем. ‘Попаданцы’ беззастенчиво используют знания будущего, поэтому живут богато.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
на один зуб.
— Да. Мы сможем удержать город хоть до утра. Я прикажу казакам поискать склад со снарядами. Если найдут — взрываем всё, что договорились, включая оборудование верфи, — согласился Гусев.
Пока шел штурм верфи, катера прочесали окрестности, не обнаружили врага, и затаились у берега. Недалеко от берега возвышалась гора, но боцман даже не стал посылать наблюдателя, понимая, что враг сам себя обнаружит густым дымом от плохого японского угля.
Миноносец N 19 попался Вилкоксу в бухте Токио вместе с миноносцем 2 класса N 21. Последний был на метр длиннее, имел 47 миллиметровое орудие, три торпедных аппарата и экипаж 21 человек. Миноносец N 19 стоял на внешнем рейде, он не успел даже начать стрелять, как Вилкокса всадил ему торпеду с пятидесяти метров точно в борт. Глухой взрыв, как ни странно, донесся до миноносца N21 и там сыграли боевую тревогу. Вилкоксу не повезло, три судна перекрывали дорогу торпедам, и ему нужно было под огнем противника лавировать между ними на минимальной скорости, чтобы подойти к его борту. Единственное, что смог сделать Вилкокс, это не обнаруживать себя до тех пор, пока ракетоносец не выйдет на ударную позицию. Боевая тревога на японском миноносце послужила сигналом к запуску ракет. На батареях береговой артиллерии разверзся ад, сошедший с небес.
Через десять минут миноносец начал стрелять, и делал два выстрела в минуту. Конструкция корабля была такова, что он не мог стрелять по ходу движения, а на разведение паров у него не хватало времени. Вилкокс вовремя заметил это, и вместо маневрирования между судами, пошел на скорости по широкой дуге, заходя японцу в нос. Когда между кораблями оставалось пять-шесть кабельтовых и чистая, свободная от судов вода, японец догадался поднять парус. С его помощью, набрав минимальную скорость, он стал разворачиваться. Вилкокс приказал стрелять двумя торпедами, надеясь, что миноносец сам подставит им борт. После чего развернулся, и пошел от японца, снижая возможность прицеливания. Миноносец успел выстрелить лишь один раз, пока торпеда не попала ему в борт. Снаряд пролетел над низким корпусом торпедоносца, показав высокую выучку японцев. Следующего выстрела не последовало, для миноносца огромное отверстие в корпусе было слишком велико. Он стремительно наклонился, и ушел в воду за считанные минуты. Где-то недалеко раздались восторженные крики. Китайцы бросились в бухту захватывать суда, Вилкоксу следовало поторопиться перекрыть путь для бегства. Тотальный захват десятков судов начался. Для китайцев все суда нарушили эмбарго, в список запрещенных грузов они включили зерно. Большая страна могла действовать в одностороннем порядке, без оглядки на великие страны. Те осудили подобную практику, заявили, что не согласны с ней, и будут рассматривать захват таких судов разбоем, но страховки для доставки грузов в Японию возросли в разы. Китай в очередной раз подтвердил свою позицию, и все успокоились в ожидании реальных результатов, до захвата судов Китаем было далеко.
Китайцы подошли к судам, стоящим на внутреннем рейде, спустили на воду шлюпки и с азартом налегли на весла. Шлюпки летели по заливу, будто соревновались друг с другом, кто раньше причалит к своему судну. Пара судов с внешнего рейда попыталась уйти, но была отогнана назад Вилкоксом, огнем из картечниц. Японская полиция попыталась вывести в залив несколько шлюпок с десантом. Маленькая пушка, установленная на китайском судне, выстрелила пару раз шрапнелью, и шлюпки повернули назад.
Полсотни самых крупных судов потянулись к выходу из залива буквально через пару часов. Китайцы наелись до самого горла, у них попросту не хватало людей.
У выхода из залива флотилию перехватил посыльной от Гусева, он предложил Вилкоксу вести китайцев в Шанхай под охраной торпедоносца самостоятельно. Ракетоносец оставить Володе. Гусеву нужно было время для минирования японских кораблей. Казаки прочесали Йокосука и обнаружили склад со снарядами, теперь японцы перевозили боеприпасы на верфь. В Токио власти собрали около пяти тысяч ополченцев, с пятью пушками они выдвинулись к Иокагаме по железнодорожной ветке. После чего отряд уперся во взорванный над овражком крошечный мост, и разведка докладывала, что оставшиеся двадцать километров японцы пройдут часов за шесть.
Гусев, с помощью инженера-подрывника, организовал работу по минированию и впервые немного расслабился, спокойно взирая на суету людей, осторожно, как муравьи, таскающих снаряды к кораблям. Но Володе не повезло, день был щедр на сюрпризы, скорым шагом, почти прибежал, атаман, сияющий, как начищенный самовар.
— Я захватил казармы моряков!!! Шесть сотен матросов и дюжина офицеров! Матросы оказались безоружны,
