Четверо друзей, возрастом 24-26 лет, ‘проваливаются’ в 19 век. Выросшие в офицерских семьях, они не приняли появления капитализма и считают социализм наиболее справедливым строем. ‘Попаданцы’ беззастенчиво используют знания будущего, поэтому живут богато.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
самого Сингапура, как на борт истребителя N 1, с «адмиральским» флагом Ершова прибыла шлюпка с сипаями и английским офицером. На корабле вместо 48 членов экипажа было на десять человек больше. Их составляла «морская пехота» из казаков, поэтому высадка дюжины сипаев насторожила, но не испугала Ершова. Он только предупредил казаков быть наготове, и, как только английский офицер окажется на палубе лицом вниз, обезоружить сипаев. Офицер предъявил приказ о задержании судов в порту на неопределенное время. Ершов знал, что в Адене стоит крейсер «Тацута» с английским экипажем, но не думал, что его истребителей это коснется, Япония не считала для себя достойным официально признавать войну с Гавайями. Ссориться с англичанами Николай не хотел, но Форин-офис его вынуждал к ответным действиям. Ершов незаметно ударил офицера, сам продолжая стоять с каменным лицом. Англичанин стал оседать на палубу, а Николай спокойным голосом приказал казакам разоружить сипаев. Все было проделано так быстро, что шлюпка осталась у борта истребителя, и её, спустя несколько минут, тоже захватили. Время разводки паров составляло около часа, и Ершов немного понервничал. Выйдя в океан, Николай отпустил шлюпку с англичанином и его людьми, пленные ему были не нужны. Английские специалисты из фирмы Ярроу посчитали себя свободными от продолжения контракта, и попросили отправить их на берег вместе с офицером, Ершов не противился их просьбе.
Возможно, англичане могли догнать истребители Ершова, тот держал скорость около десяти узлов, экономя уголь, но скорее всего попытка задержания имела моральный аспект. Англичане этими действиями оправдывали перед японцами стоянку в Адене крейсера «Тацута».
Вместо Сингапура Ершов направился в Джакарту, а затем в Манилу. Сабина продержала Ершова в каждом городе по целой неделе, наслаждаясь показами мод в светском обществе. Ершов подыгрывал леди Винтерс на полную катушку, не отлынивая от неприятных обязанностей. Если в Джакарте его ничего не интересовало, то в Маниле он продолжил попытки своих дипломатов заручиться арендой острова Гуам на 99 лет, зная и стесненные обстоятельства Испании, и потерю ею острова четыре года спустя. Испанские чиновники были столь же продажны, как и американские. Но атолл Мидуэй не представлял пока никому из американцев практической выгоды, и те легко отдали его в аренду, думая, что смогут разорвать договор, как только атолл им потребуется. Остров Гуам был в сто раз больше, атолла, и он был населен. Собственно, договор касался всех 15 крупных островов и несколько мелких островов и рифов, общей площадью больше тысячи квадратных километров. Ершов предлагал испанцам выплату всех собираемых с островов налогов на пятьдесят лет вперед, прозрачно намекая на возможность их потери, филиппинское национальное движение активно подогревалось американцами. Налоги с островов губернатор получал мизерные, это только Ершов предвидел сумасшедший рост доходов от заправки углем через четыре года, во время войны США и Испании. Чем дольше затягивались переговоры, тем меньше становилась сумма официального взноса, и пропорционально увеличивалась сумма предстоящих инвестиций Ершова в частные благотворительные фонды. Его это сильно раздражало, он уже начал склоняться к силовому решению проблемы: отторжению островов путем «восстания народа чаморро». Испания располагала на Филиппинах двенадцатью военными кораблями, значительную часть которых составляли небоеспособные суда. На деле лишь шесть крейсеров и канонерская лодка были боеспособны. Два испанских корабля считались «крейсерами 1-го ранга», четыре остальных «крейсерами 2-го ранга», но фактически являлись обычными канонерками. Лишь флагманский корабль «Рейна Кристина» имел дальность хода три тысячи миль, что позволяло ему дойти до Гуама и вернуться обратно. «Дон Антонио де Ульоа», «Кастилья», «Дон Хуан де Аустрия», «Исла де Куба» и «Исла де Лусон» лучше было на такое плавание не замахиваться. Сроки поджимали, переговоры двигались медленно и Ершов уже решил отправляться на Гавайи, как у леди Винтерс появился сумасшедший поклонник. Есть женщины, которым скучно без крови. Два месяца Ершов никого не убивал, он даже отпустил на свободу английского офицера в Индии. Да хотя бы и раскроил ему голову на палубе истребителя, Сабина могла не зачесть такой эпизод, разве что случился острый поединок, с морем крови, криками и непредсказуемым финалом. По-настоящему, её привлекали схватки, где Ершов убивал соперников из-за неё, или ей самой грозила опасность.
Сабина категорически не хотела уезжать. Новый поклонник Сабины, артиллерийский офицер, командовал четырьмя мощными, дальнобойными орудиями, которые защищали Манилу. Ершов,
