Четверо друзей, возрастом 24-26 лет, ‘проваливаются’ в 19 век. Выросшие в офицерских семьях, они не приняли появления капитализма и считают социализм наиболее справедливым строем. ‘Попаданцы’ беззастенчиво используют знания будущего, поэтому живут богато.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
только его у нас нет. В Гонолулу нас ждет английский посланник, — скорбно сказал Ершов.
— Пусть себе сидит, — легкомысленно заявил Гусев, — Потянем время.
— Нет. Не получится, я узнавал: англичане направили в Гонолулу броненосец «Центурион». Морская пехота захватит столицу, а если мы начнем стрелять, то окажемся в состоянии войны с великой державой. Последует эмбарго от всех европейских стран, России и США, — начал сгущать краски Ершов.
— Сделаем последний налет, и нам троим нужно ехать — решать, как быть, — согласился Гусев.
— Последний налет, затем, Володя, твоя свадьба с Франческой, потом в Гонолулу сдаваться англичанам. Альтернативой может быть лишь поездка в США и Англию. Либо ты договариваешься с США, чтобы они поборолись с англичанами за свою базу «Пёрл-Харбор», либо я покупаю за очень большие деньги очередного английского политика, — скептически покачал головой Ершов.
— Что конкретно могут захватить англичане в столице? Дворец разрушен, королева в своей загородной резиденции для них недосягаема. Парламент эвакуирован. Что они могут? Остановить заводы, фабрики и мастерские? Арестовать студентов колледжа? Ограбить десяток-другой меняльных контор? Золотой запас вывезен в горы еще во время первой бомбежки японцев. Пусть ходят по городу и изображают власть, — не согласился с Ершовым Вилкокс.
— Англичане? Начнут собирать «налоги», будут хватать заложников, создадут концентрационный лагерь! Они на это мастаки! Наконец, выдвинут свои корабли для блокады Шанхая, — предположил Ершов.
— Корреспонденты газет нам на что? Да к тому же блокада Шанхая мало что даст англичанам. Улизнем. Начнем вывозить добычу на Бородино. Торпеды и ракеты у нас на Сахалине. Во Владивостоке готова следующая партия из четырех катеров, я жду только две скоростные баржи-носители из США. Я устрою блокаду японцам. По полной программе, — воинственно заявил Гусев.
— Понятно. Последний налет, свадьба, возвращение в Гонолулу. Там решаем на месте, — подвел черту Ершов, — Хватит политики, женщины заждались. Я позову их, и ни слова больше о войне. Договорились?
— Да-а-а! Посмотрю я на того, кто умудриться вставить хоть одно слово в их обсуждение предстоящей свадьбы. Заждались?! Их надо оставить вдвоем, они никого не будут слушать, и спрашивать наше мнение не захотят, — обреченно сказал Гусев.
— Привыкай к настоящей семейной жизни, Володя! А то Лизавета тебя избаловала, — засмеялся Ершов.
* * *
Вилкокс не решился искушать судьбу, в виде графа Того с его крейсером «Нанива», не стал в очередной раз атаковать Токио, он сжег ракетами порт небольшого промышленного города Китакюсю. Ершов с Гусевым вышли на охоту в Корейском проливе, им было по пути с Вилкоксом, и рейд для Роберта получился безопасный. Кроме торпедоносца, ракетоносец охраняли два истребителя и две баржи с четверкой катеров на борту. В порту оказалась только обычная мелочевка, ничего, заслуживающего внимания, хотя налет произошел на рассвете. Гусев, стоя рядом с Ершовым, разочарованно оглядывал акваторию порта, собираясь сжечь пару небольших торговых шхун, он уже привык к богатым трофеям во время налетов. К истребителю причалила шлюпка. Вилкокс перебрался к Ершову, чтобы поохотиться на японцев вместе, а неразлучная парочка ракетоносец и торпедоносец отправились на Сахалин напрямик, через холодное Японское море.
— В такую мерзкую погоду даже воевать неохота, — сказал Ершов Роберту, вместо приветствия.
— Коля, отдай приказ подойти к тем двум шхунам, добавим огоньку в эту холодрыгу, — махнул рукой в направлении судов Гусев.
— Не так уж и холодно, десять градусов тепла. Дождь с ветром, на мой взгляд, идеальная погода для засады на японские караваны, — лениво ответил Ершов, натягивая капюшон ветровки глубже на лицо. Он обернулся и кивнул боцману, стоящему чуть сзади, — Илья Матвеевич, пройди на самом малом, метрах в десяти от тех двух посудин. Нужно бросить пару бутылок с керосином. Нет, пяток бутылок не помешает, палуба мокрая от дождя.
— Да-да! Боцман! Поставь на корму пару автоматчиков, чтобы не дать японцам потушить пожар, — вставил свои «пять копеек» Гусев.
— Да, Илья Матвеевич, позови десятника. Я прикажу ему поставить автоматчиков на корму, — вяло согласился Ершов.
* * *
Целую неделю стояла прохладная и дождливая погода, хотя ветер постепенно стих. Эскадра пряталась у берегов Цусимы. Ершов даже пару раз занялся «моржеванием», температура воды цусимского течения была около пятнадцати градусов. Когда Николай вылез из воды во второй раз, Гусев подал ему большое полотенце и спросил:
— Сколько сможешь в воде продержаться?
— У меня масса тела большая. Твои казаки в основном мелкие, поэтому их нужно
