Четверо друзей, возрастом 24-26 лет, ‘проваливаются’ в 19 век. Выросшие в офицерских семьях, они не приняли появления капитализма и считают социализм наиболее справедливым строем. ‘Попаданцы’ беззастенчиво используют знания будущего, поэтому живут богато.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
для того чтобы его поприветствовать, смущенно улыбаясь, и опрокинул бокал.
— Роберт, тебе штрафную! — закричал Володя, выпивший уже бутылку вина.
Николай нацедил себе свежего, холодного вина, и лишь немного пригубил бокал, у него уже все расплывалось в глазах.
— Что, мистер Ершов? И земля продолжает качаться, — засмеялся Вилкокс.
— Не моряк, я! Нет! — согласился Николай.
— Он японский корвет утопил! — похвастался Гусев.
— Вот как? — удивился Вилкокс.
— Именно. Вашими заботами, мистер премьер! Это вы объявили Японии войну!
— Пока не объявил, — смутился Вилкокс.
— Не гони волну, Коля!!! Это я придумал и Роберта уговорил, — пьяно засмеялся Гусев.
— Зачем? — в ужасе открыл рот Ершов.
— Нам понравилась качественная, дешевая сталь крейсера «Бостон». Завод по производству тракторов нужно снабжать металлом. А возить его сюда дорого, — взял на себя половину вины Вилкокс.
— Вы оба… — авантюристы!!!
Гусев с Вилкоксом довольно лыбились, будто им сказали комплимент.
* * *
Представитель госдепа появился совсем уж поздно, в сумерках.
— А где виновник торжества? — покрутил головой Стивенс, после чопорного приветствия.
— В углу на кушетке, сеткой прикрыт, — Вилкокс, реагируя на Стивенса, выпрямил спину, приподнял голову, расправил плечи, и даже отставил в сторону свой бокал, понимая, что слишком пьян.
— Где она, пресловутая русская стойкость к смертельным для обычных людей дозам виски?! — насмешливо произнес Стивенс.
— Вот она! — Гусев ударил себя в грудь, а не в печень, будто именно сердце перерабатывало у него алкоголь. Формально, он был прав, потому как расправлялся с третьей бутылкой вина.
Стивенс осмотрел стол в поисках любимого виски.
— Твой вискарь закончился в прошлый раз. Зато два дня назад привезли новинку: «White Horse». Мой спецзаказ, до сих пор из Шотландии его не вывозили, — сообщил Гусев.
— Я слышал, японцы чуть не утопили баржу Ершова?
— Мерзавцы! Подло напали, в трех милях от Сахалина, в территориальных водах Российской империи, без объявления войны. Корвет с семью орудиями и четырьмя картечницами шесть часов обстреливал баржу с единственной маленькой пушкой на борту. Японцы снесли с палубы баржи всю надстройку, все шлюпки, трубу и рубку. Последним залпом они уничтожили орудие, оставив баржу беззащитной. Погибло три четверти матросов. Японцы дорого заплатят за это, — с гневом ответил Гусев.
— Как же тогда смог спастись мистер Ершов?
— Случайно. Один из последних выстрелов пушки невероятно удачно попал в борт японского корвета, под ватерлинию. Эти неумехи не смогли даже навести обычный пластырь на отверстие в борту, поддались панике, попрыгали в шлюпки, и бросились к берегу. Вода залила машинное отделение, и паровая машина взорвалась, — Гусев добросовестно излагал Стивенсу каноническую версию конфликта в проливе Лаперуза.
— Что вы, мистер Гусев, намерены делать?
— Я? Я здесь обычный капитан милиции. Что премьер прикажет, то и буду делать. Скажет Вилкокс собрать мой отряд под ружьё и атаковать Японию — выполню с честью!
— Я намерен завтра же отправить ноту протеста на действия Японии в США, Англию, Францию, Германию, Россию и Китай, опубликовать её во всех главных газетах этих стран, — сообщил своё решение Вилкокс.
— Китай? — удивился Стивенс.
— Япония готовится напасть на Китай. Это наш естественный союзник, — поддержал Вилкокса Гусев.
— У меня нет таких данных.
— Население Японии существенно выросло и голодает. Захват Окинавы мало что японцам дал, им нужен существенно больший кусок территории, Корея. Из-за этой страны японцы готовят войну с Китаем. Англия их вооружает и полностью поддерживает, — выложил Вилкокс свое понимание конфликта.
— Как скоро Япония будет готова? — лениво поинтересовался Стивенс. Он не верил.
— Меньше, чем через год. Летом будущего года, если обычная неразбериха возьмет верх, то в августе, — уточнил Вилкокс.
— Мистер Гусев согласен с прогнозом?
— Я бы сказал сентябрь, я скептически отношусь к японцам, — Гусеву заплохело, он с трудом ворочал языком, его акцент стал ужасен. Стивенс с трудом понимал его речь. Тем убедительнее выглядела для американца новость о близкой войне.
Тут же, как из-под земли появилась Елизавета, и, молча, без ругани и жалоб, потащила Гусева из-за стола. Вилкокс попытался изобразить, будто он встает, желая помочь другу.
— Роберт, я сам, — остановил его Володя.
Гусев, забыв, что на кушетке дремлет Ершов, зарулил туда, игнорируя усилия Лизы придать ему правильное направление. И, в результате, разбудил друга.
— Как хорошо-то! Голова почти не болит! Это вы молодцы, что меня спать уложили,
