НОВЫЙ ПРОЕКТ от авторов бестселлера «Третий фронт». Новый поворот вечного сюжета о «попаданцах» — теперь в прошлое проваливается уже не герой-одиночка и даже не отряд наших современников, а ВСЯ РОССИЯ! Из XXI века — в 1941 год! Из сегодняшнего дня — на Великую Отечественную! Способна ли нынешняя РФ выстоять и победить в схватке с фашизмом? Может ли «демократическая» власть поднять народ на Священную войну? Готовы ли мы идти в атаку с криком «За Родину! За Путина!» и умирать за Отечество? Какую цену согласны заплатить за Великую Победу? Достойны ли бессмертной дедовской славы?
Авторы: Вихрев Федор
не называть тебя правым.
— Алекс. Алекс Кшетуский.
— Поляк?
— Русский. Отец — поляк из Сибири. Сэр.
— Сибирские поляки? — одновременно спросили оба пилота.
— Да. Прапрадед при царе в Америку поехал через Сибирь, но доехал только я.
— Парень, ну ты даешь. Ладно, если что заметил, докладывай. Ориентировочно через сорок минут будем на белорусской военной базе.
Русские истребители прошли справа, помахав крыльями. Русско-американский поляк помахал им в ответ рукой. Они увидели и замахали в ответ.
Как сказал Шкипер — улыбаемся и машем!
Одесса. Сергей Акимов. Военный пенсионер
Сходил в ларек за хлебом. Очередь минут на пятнадцать. Ассортимент резко сократился — два вида серого и столько же белого. Булочек, рогаликов, круассанов нет. Продавщица поясняет, что дано указание экономить муку — так ей сказал водитель с хлебозавода.
На заправках — тоже очереди. Говорят, что топливо забирают для армии и посевной. Озимые посеяны, теперь надо сеять яровые, а то останемся без хлеба осенью. Этот перенос сбил нормальный ритм природы. Люди гадают, что будет с овощами и фруктами — успеют ли вырасти и созреть?
В магазинах длиннющие очереди к кассам — народ гребет все подряд — соль, сахар, мыло, лампочки, консервы, батарейки…
Идут разговоры, что подняла голову уличная преступность — у кого-то родственницу на улице вчера ограбили, кто-то еще подобное слышал.
На пути домой встретил соседку снизу. Она у нас активистка — всегда в курсе всего.
— Ой, здравствуйте, Сергей Викторович!
— Здравствуйте, Неля, что интересного скажете?
— Я была в райадминистрации, там совещание было совместное с милицией. Решили ввести патрулирование по ночам.
— Так ведь военное положение в стране, нужно это было сразу сделать.
— А патрули эти расстреливать грабителей будут? Я в кино видела, когда немцы к Москве подступили, то расстреливали.
— Для того чтобы стрелять на месте, нужно осадное положение вводить, а мы пока от фронта относительно далеко.
— Да? А жаль, я бы их сама стреляла! — молотит языком соседка.
Пришел домой — опять к телевизору. Ничего особо нового нет, кроме того, что Румыния прекратила наступление на Приднестровье и уведомила Россию и Украину через Грузию, что начинает отвод войск на старую границу. Еще бы не прекратить — после того как ночью корабли Черноморского флота вдребезги разнесли Плоештинские нефтепромыслы и порт ракетным обстрелом, мамалыжники поняли, во что они ввязались. Наверное, и в Кишиневе им кое-что порассказали тамошние власти. Теперь Антонеску не до завоеваний — самому уцелеть бы…
Сводки с фронта довольно спокойные — немцы пытаются наступать, но союзная авиация своевременно обнаруживает места прорывов и наносит удары. Передали про подвиг старшего лейтенанта Непейводы — его «Т-64» из засады в одном бою подбил двадцать восемь фашистских танков. Неудивительно — из 125-мм стабилизированной пушки с лазерным дальномером можно такое сделать — лишь бы боекомплекта хватило. Все-таки техническое преимущество свою роль играет. Вроде бы украинской армии пока удается сдерживать фрицев. А когда в бой вступят прибывающие российские войска…
Что-то я слишком размечтался. Одним махом — семерых побивахом. Война есть война — на ней всякое может быть. Рано шапками закидывать.
Завтра утром поеду на старую службу, надо подготовиться.
Константин Зыканов, сотрудник прокуратуры, Ганцевичи
В Крысаничи ребята приехали около 3 часов утра. Предложенный Михалычем план все-таки немного изменили — ну не пойдет немец помогать пятерым. Одному — пойдет, пятерым, да еще незнакомым, — ни за что. Поэтому на двух машинах, одной из которых был джип Лени, а второй — наша «Мицубиси», к дому подъехали только восемь человек. Врубив на полную катушку «Комбата», через ворота, которые братки, уезжая, оставили распахнутыми настежь. В первой машине — сам Леня, один из «привлеченных», Игорь, Вова и один из убойщиков, отличавшийся ну очень крупными габаритами, в «Мицубиси» — трое спящих пьяных «отказников» и еще один привлеченный. Прикинув варианты, мы решили, что немец, стоящий «на часах», скорее поможет одному уже знакомому ему человеку. В таком варианте был известный риск — кто его знает, как «привлеченный» себя поведет, но, с другой стороны, смысла связываться с немцами для него не было, даже из чисто шкурных интересов — что они ему, в конце концов, могли предложить? О том, что произошло дальше, мы узнали, только когда все закончилось. Леня вместе с первым «привлеченным» и операми, нарочито громко что-то обсуждая, зашли в дом, где на втором этаже тихо, без шума и пыли повязали
