НОВЫЙ ПРОЕКТ от авторов бестселлера «Третий фронт». Новый поворот вечного сюжета о «попаданцах» — теперь в прошлое проваливается уже не герой-одиночка и даже не отряд наших современников, а ВСЯ РОССИЯ! Из XXI века — в 1941 год! Из сегодняшнего дня — на Великую Отечественную! Способна ли нынешняя РФ выстоять и победить в схватке с фашизмом? Может ли «демократическая» власть поднять народ на Священную войну? Готовы ли мы идти в атаку с криком «За Родину! За Путина!» и умирать за Отечество? Какую цену согласны заплатить за Великую Победу? Достойны ли бессмертной дедовской славы?
Авторы: Вихрев Федор
и прочие розовые сопли.
Час пролетел — не заметил. А потом бабло закончилось у меня на телефоне. Я зачем-то сделал несколько безуспешных попыток законнектиться. Мля… И где тут денег бросить?
Обматерил ни в чем не повинную березу и поплелся к костерку возле которого трындели за жизнь Марлен и Фил. Треп ни о чем под фляжку с водкой.
— Ну что, Ромео? Наобщался? — хихикнул Марлен.
— На себя посмотри, — буркнул я в ответ. — И вообще. Мне можно. У меня медовый месяц.
— Который год он уже у тебя? — улыбнулся шеф.
— Четвертый.
— А детенышей чего не заводите? — влез Фил.
— Вернусь — сделаю. И не одного, — ответил я.
Вполне честно и искренне ответил.
И тут до меня доперло.
— Марлен, а почему аська работает? У них же серваки в Израиле! Были…
— Леш… Война закончится — я тебя уволю на фиг. За непрофессионализм. Наши уже давно аську выкупили, и серваки сейчас в Москве. Запустили вот на днях.
Я только вздохнул в ответ:
— Шеф, если мое увольнение поможет войну закончить — увольняй прямо сейчас!
— У меня печати нет! — ответил Марлен и показал мне язык.
Так мы и трындели аж до четырех утра. А потом наше подразделение военных журналистов уселось на броню и понеслось дальше на запад. Только не далеко. Высадили нас около Вильнюсского аэродрома. Полковник Астахов на наше нытье ответил, что не имеет приказа нас тащить на передовую и отвечать за наши драгоценные жизни не собирается. И нытье наше не помогло. Поэтому мы пошлепали в штаб, засевший в здании аэропорта.
Проходя мимо взлетки, Фил не удержался и щелкнул несколько кадров — бульдозеры растаскивали в стороны остатки какого-то сгоревшего самолета. Мы же с Марленом пристали к пробегавшему мимо солдатику.
— Стоять, боец! Это что за самолет?
В ходе непродолжительной беседы выяснилось следующее.
Псковских десантников кинули самолетами в Литву. Но, пока договаривались с литовцами насчет всяко-разных дипломатических условностей, танки Гота, не встречая никакого сопротивления, вышли к самому Вильнюсу. Хрен его знает, где в это время была вся литовская армия. На пикнике, наверное. В итоге, когда первый Ил-76 уже катился по взлетно-посадочной, его в упор расстреляли немецкие танки. Второй, благодаря охрененному мастерству летчика, сесть не успел. Ушел на высоту. Пришлось высаживаться в Риге. И уже оттуда форсированным маршем переться к Вильнюсу, который в этот момент уже атаковали части Калининградского фронта. В конце концов немцы засели в городе, словно под Сталинградом. Вильнюсский котел, ага. Интересненькое дело. А почему на штурм наши не идут? А оно это зачем? Наших бойцов класть — оно нам надо? Хватит с нас Грозного образца девяносто пятого года. Можно, конечно, этот самый Вильнюс раскатать в ровную площадку. Но, во-первых, сей град под защитой ЮНЕСКО. Типа исторический памятник и все такое. Ну, как обидятся юнесковцы да и к немцам присоединятся? Шучу я так нелепо. Извините. Самая главная причина — в Вильнюсе полно людей. Литовцев. И не только литовцев. Немцы ими как щитами прикрываются. Ну и кому хочется стать палачом детей и женщин? Собственно говоря, получили второй Беслан. С единственным отличием. Никаких от немцев требований. Сволочи, млять, эсэсовские… Ну, или вермахтовские. Какая разница между этими двумя сучностями? По факту — никакой. И не надо мне тут исторические лекции рассказывать. Что вижу — то и пою.
Когда подошли к зданию аэропорта, у меня зачем-то разболелась башка.
Пока мужики искали штаб, пошел искать аптечный киоск. К сожалению, аптекаря не было. Поэтому за родимый цитрамон расплатился звоном разбитого стекла витрины. На это мое преступление против чьей-то собственности никто не обратил внимания.
И вы будете смеяться, но в штабе, расположившемся на втором этаже здания, нас приняли буквально с распростертыми объятиями.
— Этого говнища мне еще тут не хватало! — загрохотал жутко знакомый бас.
Это нас так генерал-полковник Шаманов встретил. Да, сам командующий ВДВ. Сердце мое свалилось в пятки, и, наверное, только поэтому я сделал шаг вперед, опережая Марлена.
— Товарищ генерал-полковник! Не узнаете?
Твою мать… Ну и взгляд у него. Таким взглядом можно крепостные стены ронять.
— Кто такой?
— Это… Вы мне часы именные вручали второго августа. Помните, товарищ генерал?
— Часы? Какие еще, в задний бампер, часы???
— Вот… — дрожащей рукой я снял свои «Командирские» и протянул ему. Шаманов недоуменно повертел их. Перевернул. И прочитал надпись. Ту самую. «Лауреату литературного конкурса „ЗА ВДВ!“». Второй раз меня эти часы выручили. Первый раз, когда менты в Москве стопанули, когда я… Впрочем, неважно.
— Иванцов
