2120. В гостях у внуков

перчатке, за горло или голову своей жертвы.
   Нападение , несмотря на внезапность, не удалось и отскочивший Токарев успел нанести ещё один удар носком ноги по рёбрам противника, как вдруг осознал то новое, что теперь происходило с ним рядом: буйный громила, пятернёй своей левой руки, облачённой в странную по размерам перчатку- отломил солидную часть огромного камня, видимо тот был уже очень стар- и кинул им в голову вёрткого врага.
   Токарев вновь отклонился и было подскочил для очередного удара по корпусу незнакомца, однако тот снова, словно халву, отхватил очередной крупный кус камня и моментально запустил его с такой силой, словно это была не рука- а праща.
   Второй каменный осколок ударил в плечо Антона и тот вынужден был признать что у него ненадолго «засушило» руку: казалось невероятным то с какой частотой, стоящий на четвереньках возле камней бугай отламывал их на куски и тут же метал ими в своего противника.
   Решив что пора скорее заняться тактическим отступлением, а не подставляться под камнемёт буйного незнакомца-Токарев зигзагами взбежал на холм, под непрекращающимся обстрелом каменными осколками и тут же услышал необычный мерный стук, словно кто бил молотом по камню.
   Обернувшись, мужчина увидел что человек, что так беспричинно на него напал при первой же встрече- поднимает и с невероятной силой бросает вниз свою руку, облачённую в металлическую перчатку. При каждом ударе камень разбрасывал множество осколков и пыли, и очередная крупная его часть откалывалась. Бугай засунул с десяток отбитых кусков себе за пазуху и тут же, немного погрозив правой рукой в сторону беглеца и проорав «что тот теперь будет разве что в шахтах, ползком работать-так как ноги он ему просто вырвет», снял, словно насадку, кисть с надетой перчаткой своей левой руки, потом продул её и вытер о свой зад. После чего как ни в чём не бывало вновь одел на оставшуюся часть металлической культи. Раздался мерный щелчок и лёгкое жужжание.
   —Киборг…-отстранённо произнёс вслух Токарев, вспомнив любимые им фильмы, времён службы в армии и первых лет развала Союза.
   Почему то совершенно перехотелось останавливаться и поджидать хамовитого дурака, что уже вновь, смешно ковыляя, бежал ему вслед. То, с каким упорством и лёгкостью тот разворотил большие и с виду крепкие камни, показывало что если и не весь организм громилы, то по крайней мере его роботизированная часть- крайне опасна и есть шанс что вновь, как до этого, везение уже не поможет избавиться от прямого контакта с данной «машинерией». Стало ясно, что в случае захвата таким агрегатом части тела Токарева, с этой невезучей частью-можно будет сразу попрощаться, как с тут же оторванной, чего совершенно не хотелось.
   Скорости, в побеге от громко матерящегося «киборга, пьяницы и хулигана», добавлял постоянный обстрел камнями, что планомерно вёл странный незнакомец: пару кусков пребольно ударили своими острыми частями в спину Антона и та ощутимо заныла.
   —Куда тварь бежишь?! Всё равно тебя ждёт или арена или…да-именно на арену продать! Точно! Там ценятся такие живчики, как ты, вот ведь! За хорошего бойца- много можно срубить монет. Стой тварь! Стой! Ну ничё, посидишь у меня в мокрой простыне недельку, для воспитания! Мы конечно не «Упыри», но тоже любим методическую педагогику или как там её…педическую методологию!-громила расхохотался и стал по пути срывать небольшие деревца своей «усиленной» механикой рукой и пытаться их метать в бегущего прочь от него Антона.
   Последнему вскоре пришла в голову простая мысль: раз его преследователь быстро выдыхается, а это было очевидно, да к тому же говорун и истерик-следует заставить его как можно больше бегать по сложно проходимой местности, где он скорее выдохнется.
   Сказано-сделано! Антон повернул в сторону чахлых кустов и некоего подобия крохотного озерца или скорее болотца и решил пробираться там: в скользкой жиже и на кочках, где его тренированные частыми «маршбросками» в СА и африканскими прогулками, ноги, должны были помочь ускользнуть от встреченного на берегу психа, а последнему-скорее устать или завязнуть.
   Попытка вприпрыжку пересечь казавшуюся мелкой речушку, протекавшую у раскидистых кустов, не увенчалась успехом: в речке глубина оказалась не менее двух метром и было сильно илистым дно. Беглец провалился в холодную, медленно текущую стену, но не стал сразу выныривать, а ухитрился за несколько секунд нащупать ногами достаточную опору для толчка, так как понимал, что пока терял время в реке, бугай, с механическим чудо-протезом, вполне мог его нагнать у самого берега . Поэтому Антон изменил, в ставшей мутной от его движений воде, направление и оттолкнувшись