Евфросиния Куличок, или Фло, как зовут ее друзья и близкие, — врач-психиатр. Когда-то у нее был бурный роман с коллегой Кириллом Ланским. Потом Кира уехал из Москвы, а вскоре Фло узнала, что ее возлюбленный скончался. Но спустя несколько лет Евфросиния вновь встречается с Кириллом.
Авторы: Васина Нина Степановна
становится на ноги, оглядывается и беспомощно замечает:
— Я действительно… Я совершенно забыла, о чем мы говорили перед тем, как вы начали меня обзывать научными терминами.
— О сейфе.
— О каком еще сейфе?
— От которого у вас был запасной ключ.
— Ключи украли вместе с чемоданом, слесарь на лестнице стал стаскивать с меня юбку, когда я решила повеситься, упала люстра, а муж ушел к виолончелистке!
“Господи, зачем я еще приплела сюда какую-то виолончелистку?!”
“Меня тошнит от звука виолончели, от вида голых женских коленок, от запаха подмышек — дезодорант, побежденный потом здоровой женщины, — если я не найду пакет с бумагами, меня убьют сегодня ночью в двадцать три сорок пять или, если мне захочется поиграть в прятки, — в любой другой день; на этой неделе, и в Москве это будет, в Париже или в Картахене, это будет совершенно равнозначно для виолончелистки и для меня с точки зрения ее и моего пребывания в Вечности… Почему она сказала “виолончелистка”? Она не могла знать, что образ смерти для меня — это женщина с виолончелью между ног — расставленные голые женские коленки, а между ними виолончельно вырезанный гроб; и смычок в сильной костлявой руке, как напильник…”
— Эй, очнитесь!
— Что?.. — дергается Кира. — О чем это мы?
— О сейфе, о слесаре, о люстре!
— Послушайте. — Кира вдруг стал на колени и неуклюже завалился набок, усаживаясь на полу. — У меня от вас ужасно болит голова, я вообще плохо переношу суицидников. Я пришел в эту квартиру, потому что мой пациент прыгнул с крыши и зацепился одеждой за железку, выступающую с вашего балкона. А у него были важные бумаги, понимаете? Я пришел посмотреть балкон, и вообще… А тут вы с люстрой. Помогите мне найти бумаги.
— А, я поняла! — радостно объявляет женщина. — Вам нужен сейф, потому что вы думаете, что в нем эти самые бумаги!
— Ничего вы не поняли. Не нужен мне сейф. Я устал, а про сейф спрашивал, чтобы узнать: вы меня дурачите или это действительно проявления шизофренического…
— Хватит меня обзывать!
— Извините.
Мы сидели рядом на полу и смотрели на осколки люстры.
“Осталось осмотреть сейф… Я не должен ее отпускать от себя”.
“Как бы напроситься к нему в гости?..”
— А не мог ваш сосед снизу приходить сюда? — пошел ва-банк Кира.
— Байрон? — удивилась Фло, отметив, как Кира вздрогнул при этом имени. — Да, они раньше работали с моим мужем, он часто приходил раньше. Потом спился потихоньку, стал стесняться.
— Извините за вопросы, я не просто так их задаю. Понимаете, я психиатр…
— Это соседка вызвала? Ей не понравилось, что я дралась со слесарем на лестнице, а потом полезла через балкон? — повысила голос Фло.
— Нет, меня никто не вызывал, я пришел к своему пациенту — как вы его назвали, Байрону, — а оказалось, что опоздал.
— Так это Байрон повис на моем балконе? Ох, бедный, несчастный человек!
— Не беспокойтесь — он жив пока, он в больнице…
— Несчастный Байрон. Когда же наконец ему удастся умереть?! — Фло закрыла глаза, потом вдруг вцепилась в рукав Киры и напряженно спросила: — Это заразно?
— Что? — опешил он.
— Эти ваши коммоции, ментизмы? Это все заразно?
— Ну что вы, это же отклонения в психике, а психика…
— А почему тогда у меня не получилось повеситься? Почему у меня тоже не стало получаться умереть? — перебила Фло. — Это наверняка заразно!
— Знаете что, — предложил Кира, — давайте поедем ко мне домой, вы успокоитесь, придете в себя. Я не могу оставить вас в таком состоянии. Почему вы закрыли балкон, когда вошли через него в квартиру, а входную дверь открыли настежь?
— Я…
“Представляю его лицо, если скажу, что следила за ним и слышала возню в квартире внизу, и его шаги по лестнице, и еле успела повиснуть на люстре!..”
— Вот видите — вы не знаете. А я знаю.
— Правда?
— Точно знаю. Вы открыли дверь в затаенном желании помощи. Это скрыто на подсознании, вы суицидник с нервическим противостоянием смерти. То есть вы, конечно, доводите свое состояние психики до крайности и кончать с жизнью идете с твердым намерением умереть, но подсознательно выбираете плохо закрепленные люстры, нижние этажи, понимаете? Покажите шею… Все ясно. Красная полоса только слева — вы еще и веревку удерживали определенным образом. Сколько раз вас муж спасал?
— Э-э-э… Три. Нет, четыре.
— После спасения обычно наступало примирение, так?
— Ну да, мы просили прощения друг у друга, плакали и все такое…
— Нет желания со всем этим покончить? — интересуется Кира и осторожно берет
