Странная надпись на внутренней стенке гроба погребенного заживо испанского священника, ночные кошмары старого садовника Дэниела, чудом выжившего после пожара в монастыре, пропавший сын доктора Одри Барретт, предательство Иуды, последние слова распятого Иисуса — загадочные и ужасные события прошлого и настоящего складываются в хитроумную головоломку, разгадать которую способен лишь Альберт Клоистер, иезуит, исследователь сверхъестественных явлений, сотрудник секретной организации Ватикана «Волки Бога». Но даже он не знает, что путь к истине ведет его в преисподнюю.
Авторы: Гутьеррес Анхель, Зурдо Давид
Одри выпила первый стакан залпом и не поморщилась. Пить — все равно что кататься на велосипеде: стоит один раз сесть и поехать, и этого из тебя уже не выбьешь. А у нее была хорошая практика еще со студенческих лет. Лишь завалив все экзамены в первом триместре, она всерьез взялась за учебу и поставила на вредных привычках жирный крест. Но теперь они возвращались, как будто никуда и не уходили.
Она наполнила второй стакан и, сама не желая того, продолжила вспоминать.
За день до того, как все произошло, они еще не договорились, что собираются сделать, хотя намерение было ясно всем троим: провести какую-нибудь акцию протеста против недавней «войны в заливе», используя шумиху, которую устроят СМИ из выступления Ицхака Рабина в Гарварде. Но идеи Зака казались Одри и Лео слишком радикальными. Они хотели лишь наводнить кампус листовками. Разбросать их столько, чтобы их просто не успели убрать до прибытия Рабина и, прежде всего, журналистов.
— Я думаю, на них нужно написать что-то вроде «Ни одна война не ведет к миру», — предложил Лео.
— Это слишком банально, — возразила Одри. — И кроме того, не хочешь ли ты сказать, что Вторая мировая война не привела к миру и не освободила нас от Гитлера и его расчудесной компании? Проблема не в войне, а в том, какими методами она ведется. Бомбардировки нашей армии разрушили почти все. В большей части Ирака нет ни воды, ни электричества, ни медицинской помощи. Им нечего есть, а та гуманитарная помощь, которую им присылают, оседает в карманах коррумпированных чиновников и не доходит до иракского народа. Вот о чем нужно говорить!
Зак ответил Одри, видимо, рассчитывая задеть ее:
— Чтобы сказать все это, нам нужны листовки размером со стадион «Ред сокс».
— Ошибаешься! — парировала Одри. — Достаточно написать: «Сегодня в Ираке умрет еще одна тысяча детей».
Молчание, которое последовало за предложением Одри, было многообещающим.
— Мне нравится, — поддержал идею подруги Лео.
— А мне не нравится.
Зак вскочил со стула. В маленькой комнате, где они расположились, почти не осталось свободного места. Поэтому Зак нервно ходил из угла в угол, как лев в тесной клетке. Его голос изменился. Он стал более агрессивным:
— Все это глупости! Нужно сделать что-то действительно стоящее, чтобы они заметили нас! Памфлетов недостаточно!
— Да, мы уже слышали о твоих идеях, — сказала Одри. — Мы весь вечер только и делаем, что слушаем о них. Может, ты предложишь убить Рабина? Этого будет достаточно для тебя?.. Будь реалистом, Зак.
Он снова сел. Казалось, самообладание вернулось к нему так же быстро, как и покинуло… Но его глаза говорили об обратном, и поэтому он смотрел в пол, а не на Одри, когда смог выдавить из себя:
