Странная надпись на внутренней стенке гроба погребенного заживо испанского священника, ночные кошмары старого садовника Дэниела, чудом выжившего после пожара в монастыре, пропавший сын доктора Одри Барретт, предательство Иуды, последние слова распятого Иисуса — загадочные и ужасные события прошлого и настоящего складываются в хитроумную головоломку, разгадать которую способен лишь Альберт Клоистер, иезуит, исследователь сверхъестественных явлений, сотрудник секретной организации Ватикана «Волки Бога». Но даже он не знает, что путь к истине ведет его в преисподнюю.
Авторы: Гутьеррес Анхель, Зурдо Давид
У Одри был час. Писатель Энтони Максвелл отправился на праздник, посвященный Дню ветеранов, подписывать свои книги и участвовать в детской благотворительной акции Американского легиона Фишерс-Айленда. Одри предположила, что все это затянется часа на два, но ей столько не требовалось. На то, чтобы проникнуть в дом писателя и осмотреть его, хватит и часа.
Внезапно нахлынувший страх чуть было не заставил ее отступить, но Одри переборола его, воспользовавшись методами убеждения, которые она обычно применяла при разговоре с пациентами: ей нужно сделать это сейчас, другого случая может не представиться. Никакой спешки. Необходимо тщательно продумать каждое действие. Первый шаг был очевиден: выяснить, как попасть в дом Максвелла. Можно взломать дверь кухни, а можно попытаться влезть в окно, но Одри тут же отказалась и от того и от другого: писатель, обнаружив следы взлома, непременно вызовет полицию. Кроме того, возможно, у Максвелла установлена сигнализация.
Одри обошла дом по периметру в поисках малейшей лазейки, но напрасно. Дом казался неприступной крепостью. Уходя, Максвелл не оставил открытым ни одного окна на верхнем этаже, хотя одинокие люди часто страдают подобной забывчивостью. К несчастью для Одри, писатель оказался человеком осторожным и педантичным, впрочем, она это предвидела. Она уже хотела отказаться от безумной идеи. Время неумолимо ползло вперед. У нее оставалось всего сорок пять минут.
Решение пришло неожиданно: ей подсказал его пролетавший мимо воробей.
«Бред какой-то…»
Несомненно, так оно и было. Более того, это еще и опасно. Не ровен час, она свернет себе шею, но ничего лучшего в голову не приходило. Одри решила проникнуть в дом через каминную трубу, широкую, накрытую металлическим листом с острыми краями. Во всяком случае, трубочисту, прочищавшему дымоход в ее собственном доме, это удавалось. Одри мысленно прикинула, что и как она будет делать. Чтобы забраться на черепичную крышу, нужно было залезть на дерево, росшее неподалеку. Последний раз Одри лазала по деревьям лет в десять, но, к счастью, на дерево у дома Максвелла было не сложно взобраться. Его ствол, шероховатый, покрытый множеством мелких сучков, казалось, просто создан для этого. Перебраться с дерева на крышу тоже не составляло труда: толстая ветвь почти на метр нависала над черепицей.
План Одри сработал как часы. Менее чем через десять минут, отделавшись парой пустяковых царапин, она уже стояла на крыше. Теперь ей нужно было отдышаться и немного прийти в себя. До трубы оставалась всего пара метров, но сейчас, перед тем как двигаться дальше, ей требовалось собраться и быть крайне осторожной. Ночью прошел дождь, и черепица была скользкой. Малейшая неосторожность, и Одри могла рухнуть на землю с шестиметровой высоты. Затаив дыхание, она медленно поползла по крыше, вспугнув сидевшего неподалеку воробья, возможно, того самого, который навел ее на мысль забраться в дом подобным способом. Уже добравшись до трубы, она взялась за ручки, припаянные к металлической пластине, закрывавшей дымоход, и с силой рванула ее вверх. Та без труда поддалась.
Еще один шаг был сделан.
Вздох облегчения вырвался из ее груди, хотя блузка взмокла от пота, а в горле пересохло. Теперь ее волновало два вопроса: сможет ли она пролезть в трубу и разжигал ли Максвелл камин этим утром. Одри не раз слышала в новостях о ворах, которые застревали в дымоходах, пытаясь проникнуть в дом. Но она верила в то, что с ней этого не произойдет. Одри не жаловалась на полноту, а труба была достаточно широкой по периметру, но перспектива поджариться заживо ее явно не привлекала. Если бы Максвелл действительно разжег огонь, то железная лестница внутри дымохода не успела бы остыть, и Одри не смогла бы спуститься по ней. Она вспомнила, что видела, как Максвелл прошел под навес за дровами, но могла поклясться, что он не разжигал камин. Наконец она решилась.
— Ну, вперед, — подбодрила она себя.
Взобравшись на трубу, Одри сняла ботинки и спрятала их под одеждой, а потом надела перчатки, чтобы не оставлять черных следов в доме Максвелла. Одри опустила ногу, коснувшись первой ступеньки, и погрузилась в кромешную тьму. Она спускалась очень медленно, останавливаясь после каждого удачного шага. Где-то на середине пути у нее невыносимо защекотало в носу из-за мелких частичек сажи, которая начинала разъедать глаза и лезла в пересохшее горло. Трубочисты честно зарабатывали каждый цент, который они получали за чистку подобных дымоходов.
Одри сосчитала в уме до четырех: четыре, три, два, один… И прыгнула вниз.
