А что вы хотели от Бабы-яги

Виктор, подхватывая меня на руки. – Вот черт! Нам Александр промывание кишечника через мозг сделает. Алена, ты меня слышишь?
Меня встряхнули, вызвав новый приступ удушья и горячую вспышку в голове. Я застонала, пытаясь сделать хоть один нормальный вдох, но живительный воздух предательски застревал где-то на полпути к легким. Как же дышать хочется…
Холодный мокрый ветер ударил в лицо, Виктор пытался расстегнуть мне ворот. В обычном состоянии я бы точно его загрызла за такую фамильярность, но сейчас мне было абсолютно все равно, как креветке в кипящей кастрюле. И почему я сознание не теряю, интересно? Мне все-таки удалось протолкнуть внутрь себя небольшую порцию воздуха.
– Я за магистром, – крикнул Елисей, убегая наверх со скоростью пьяного альбатроса.
– Алена! – снова воззвал ко мне советник, совершенно не представляя, что со мной делать дальше. – Ну прости нас, идиотов! Только не умирай!
Слышать такое было забавно. Если бы мне не было так мерзко! Я даже пошевелиться толком не могла.
На улице сквозь шум дождя послышался стук копыт, а сверху по лестнице топот ног.
– Вам что – жарко, все окна пооткрывали? – снимая мокрый плащ, спросил Кащей, но тут его взору предстала во всем своем великолепии картина маслом, точнее вином – «Допились». Опрокинутые кресла и осколки разбитого бокала добавляли красочности и живописности.
– Что тут произошло?! Алена, что с тобой?!
– Ей плохо, – выдавил из себя Виктор, стараясь не встречаться с князем глазами, а еще больше – вообще не дышать в его сторону.
– Это я вижу, – прорычал князь, отбирая меня у советника.
Наверное, этого не следовало делать, потому что сознание тут же определилось с выбором, и явно не в мою пользу. Ну и не надо, пусть мужчины сами разбираются.
В до боли знакомое тело мое сознание возвращалось не то чтобы с трудом, а как-то вяло и неохотно, ему было лень. Ощущение не из приятных, если честно. Я постаралась ускорить процесс воссоединения двух моих законных половинок и пошевелилась.
– Алена, ты меня слышишь? – откуда-то издалека донесся голос князя.
Слышу вроде, а толку-то? Как же мне плохо… Такое впечатление, что по мне скакали бешеные зайцы. Все мое несчастное тельце болело, в желудке поселился злобный ежик, которому геморрой покоя не дает, а на груди лежал верстовой камень, намертво вросший в грудную клетку. Про голову я вообще молчу, лучше бы ее не было.
Я с трудом разлепила веки, и по глазам резанул яркий свет. Я непроизвольно зажмурилась. Изверги! Давайте теперь еще пытки световые устроим.
– Магистр, она приходит в себя.
– Вот и хорошо, – услышала я голос Учителя. – Вот угораздило-то.
– Ну кто же знал… – виновато отозвался королевич, который вместе с советником со скорбным видом топтались у двери. – Она и выпила-то всего ничего.
– Вот и получили потрясающую реакцию, – проворчал маг. – Сколько говорить можно, что сейчас ее организм непредсказуем. Головы бы вам поотрывать – чуть девчонку не угробили.
– Я займусь этим, – мрачно пообещал князь.
Я представила королевича и советника без верхней части организма и пришла к выводу, что с головами они выглядят более симпатично. Пока молчат, по крайней мере.
От двери послышалось сопение, которое, наверное, должно было означать полное раскаяние и покорность дальнейшей судьбе. Да, не завидую я им. Кащей Бессмертный в гневе, ищите пятый угол.
Я наконец собралась с силами и открыла глаза, стараясь не смотреть в сторону зажженных свечей. Уж не знаю, что эти двое (я имею в виду князя и Учителя) со мной делали, но постепенно вместе с сознанием ко мне возвращались силы. Конечно, не в том объеме, в каком хотелось бы, но пошевелить конечностями я вполне была в состоянии, что и попыталась тут же продемонстрировать.
– Тебе лучше? – с тревогой спросил, наклоняясь ко мне, князь.
– Смотря с чем сравнить, – вяло отозвалась я.
– Ну слава богу, – с облегчением вздохнул Виктор. – Очнулась.
Я сделала попытку сесть, но в голове сразу предательски зашумело и засверкало. Пришлось со стоном плюхнуться обратно. А еще очень сильно тошнило, и бороться с этим было сложнее всего.
– Князь, думаю, вы понимаете, что нужно сделать, – тихо сказал Учитель.
– Да, конечно.
Неужели он опять хочет провести какой-нибудь обряд? Пусть только попробует!
– Не смей, – слабо запротестовала я.
– Алена, успокойся, я знаю, что делаю. Утром ты будешь чувствовать себя замечательно.
– Не надо…
Но мне в рот уже влили какую-то жидкость, которая если и была кровью, то сильно разбавленной какой-то еще большей гадостью, но мне все равно это не понравилось. Я закрутила