А.и Б. Стругацкие. Собрание сочинений в 10 томах. Т.7

Хмырь-с-челюстью, не переставая жевать.
— Позвольте, позвольте! — взревел человек-ишак, вскакивая и опрокидывая при этом свою табуретку. — Я ведь так ничего и не услышал о строении инфузории! И еще мне так и не сказали, почему при смачивании лица одеколоном мы ощущаем охлаждение…
— Не сметь без очереди! — рявкнул недобитый фашист и треснул деревяшкой об пол.
Тут почтенная компания чудовищ словно взорвалась. Разом разверзлись все два десятка глоток, угрозы, проклятия и призывы к тишине и порядку смешались в сплошной нечленораздельный гам, железные стены гигантской кастрюли загудели, и затряслась даже решетка галереи, на которой стоял Андрей Т. уже недобитый фашист схватился врукопашную с человеком-ишаком, уже двугорбая старуха вцепилась с яростью в патлы эстрадной халтурщицы, уже Хмырь-с-челюстью (не переставая жевать) с угрожающим видом поднял над головой лом… Но вот красноглазый юноша, так и не покинувший своего кресла, отделил от губы сигарету, сунул в рот два пальца и издал оглушительный свист, от которого у Андрея засвербило в ушах. И столпотворение в кастрюле мгновенно утихло.
— Продолжайте, — сказал красноглазый удивительному мужчине.
Тот выпустил в гнусный воздух кастрюли два синих дымовых кольца и вытянул в сторону Генки длиннющий костлявый палец.
— Отвечайте, юноша, и не медлите, — произнес он. — Какие страны играют ведущую роль в мировом производстве хлопчатобумажных тканей?
Генка молчал.
— Каков удельный вес США в производстве электроэнергии развитых капиталистических стран?
Генка едва заметно повел плечом.
— Какое минеральное сырье из стран Южной Азии вывозится на мировой рынок?
Генка был недвижим.
Кто бы они ни были, эти жуткие инквизиторы-экзаменаторы — диверсанты ли разведчики из другого мира или служители неведомого культа, — с Генкой им не повезло. Во-первых, Генка был прирожденным троечником и ничего этого (из физики, математики, биологии и, тем более, из экономической географии) не знал и знать не хотел. Но самое главное — он был из тех, кто никогда никому и ничего не уступают. Особенно если его припирают к стенке. Андрей Т. сам был свидетелем того, как Генку в метро приперла к стенке почтенная пожилая женщина, увешенная сумками и кошелками. Генка проехал восемь остановок, в том числе и ту, где им нужно было выходить. Он краснел, бледнел, читал газету, в которую были завернуты его ботинки с коньками, даже притворялся мертвым, но места своего так и не уступил… Да, этой банде уродов следовало бы схватить кого-нибудь послабее духом и покрепче знаниями!
— А скажи мне, малтшик, — вкрадчиво произнес недобитый фашист, — какими характеристиками отличается танк Т-34 от танка Т-6 «Тигр»?
Это он попал в яблочко. Генка на всю школу славился великолепным знанием танковой, артиллерийской, авиационной и ракетной техники, как отечественной так и иностранной, как современной, так и давно прошедших эпох. Неужели?.. Генка есть Генка. Он едва заметно повел плечом и сплюнул в сторону. Между уродами прошло движение.
— Однако же, юноша, — проговорил удивительный мужчина, — вы воображаете, что наше терпение безгранично. Но перед вами не тюфяки какие-нибудь, не рохли и не слабонервные интеллигенты! Попробуйте напрячь свое убогое воображение и представить себе, что станется с вами, когда после полуночи у нас будто развязаны руки!
Двугорбая старуха облизнулась. Самый первый блин плотоядно потер руки. Эстрадная халтурщица хихикнула. Хмырь-с-челюстью сломал лом и с лязгом швырнул обломки на железный пол.
Андрей Т. взглянул на светящийся циферблат. Черные стрелки показывали без пяти минут новогоднюю ночь. Вдруг что-то лязгнуло под его ногой. Он поглядел… Шпага. Мокрая, ржавая, холодная, как все здесь. Но — шпага. Оружие. Сила! Только силу можно было противопоставить этому купающемуся в зловонии амфитеатру разбойников. У Алексея Толстого сказано как-то не так, и вообще никакой здесь не амфитеатр, но это как раз неважно. Андрей Т. обтер рукоять шпаги полой куртки.
— Надо полагать, — говорил удивительный мужчина, — вы все еще надеетесь на помощь вашего приятеля Андрея Т. напрасно. Полночь близится, близится время крайних воздействий, близится ужасное для вас испытание, юноша, а тем временем! — удивительный мужчина возвысил голос. — А тем временем ваш так называемый друг мирно сидит себе в окружении любимых своих марок, смакует свое любимое фруктовое мороженое и о вас даже думать забыл!
— Врешь! — взревел Андрей Т. и выскочил на железные перила. 
— Врешь! — вскричал он и одним прыжком приземлился на самой середине железной кастрюли рядом с Генкой. — Выходите! Выходите!