Один из лучших романов жанра, абсолютно достоверно показывающий наше возможное будущее. Из-за случившегося апокалипсиса мир полностью изменился. Город и его жители поделены на Тихую Москву и Сектор.
Авторы: Лестер Андрей
поспешил согласиться я.
Меньше всего мне хотелось, чтобы Анфиса начала учить меня, что Анжела – это бог, или ангел господень, или еще что‑нибудь из набора ангелианцев.
– Но тебе она зачем? – спросил я ее. – Анжела?
– А затем, что один человек обещал мне помочь найти моих родителей и не сдержал обещание. – Девчонка поправила рюкзак, сверилась с картой и снова бодро зашагала впереди.
Я тоже заглянул в карту через ее плечо. До инкубатора нам оставалось еще километров шесть‑семь. Вполне могли закончить разговор.
Если бы я знал, что нас ожидает впереди, то, конечно бы, не торопился. Не торопился бы идти и не торопился бы задавать вопросы.
4
Однако в будущее я заглядывать еще не научился, поэтому спешил все выяснить, пока мы не добрались до инкубатора. Я плохо представлял себе, с чем мы там столкнемся, но понимал, что времени на разговоры скорее всего не будет. Сильно беспокоила боль в правом боку. Не помешают ли мне ушибы быстро набрать большую скорость при экстренном отступлении и поддерживать ее достаточно долго, чтобы оторваться от преследователей? Проще говоря, смогу ли я бежать как заяц, когда за нами погонятся люди несколько посерьезней, чем толстяк с Чебурашкой?
– Значит, никто тебе не помог найти родителей, и ты решила, что их сможет найти Анжела, которая может все? – спросил я.
– Типа того, – ответила нехотя Анфиса.
– Но почему ты никому ничего не сказала? Я бы понял, если бы ты хотела, например, убить полковника. Ясный пень, об этом рассказывать нельзя. Но почему не сказать про родителей и про Анжелу друзьям? Зачем такие тайны? Ты уж меня извини, но тут что‑то не так.
Я помнил, что перед тем, как уехать, Анфиса встречалась в Москве с каким‑то незнакомцем. И не эта ли встреча подтолкнула ее к бегству в леса? Хотя, может быть, это было не бегство, а наступление, кто его знает.
– Дело в том, Ваня, что я говорила. Знаю я кое‑кого, кто мог бы подсказать, где искать Анжелу…
– Например, Адамова, – подсказал я.
– Ваня, не говори, чего не знаешь. Адамову такие вопросы задавать нельзя. А почему нельзя – не нашего ума дела. Зато я говорила с другим человеком. Который застрелил Бура. Понимаешь, раз его сын смог сделать так, что выстрелил пистолет, значит, он такой же, как Анжела. Ну или почти такой же. И он тоже мог бы помочь мне. Я попросила этого человека, чтобы он позволил мне поговорить с мальчишкой. Он отказал. Я разозлилась. «Ах так, – говорю, – ты обещал помочь с поисками, полгода ничего не делал, обещание не сдержал, а теперь и с сыном твоим поговорить нельзя!» А он говорит: «Да, нельзя!» И, типа, пошла вон. Хорошо, говорю, я сама найду Анжелу, без твоей помощи. Пусть тебе будет стыдно, пусть тебя совесть сожрет, если она у тебя еще осталась! Из‑за тебя и твоей жены погиб Сервер, то есть Антон, а ты прячешь от меня своего мальчишку!
Анфиса подняла толстую ветку и шарахнула ею по стволу сосны изо всех сил. Ветка оказалась гнилой и рассыпалась. Удара не вышло. Тогда девчонка пнула шляпки грибов, которые брызнули мякотью во все стороны.
– Ты что? – сказал я, чтобы перевести разговор на другую тему. – Это же белые!
– А мне до жопы! – сказала она. – Хоть белые, хоть черные!.. А эта сучка Вика все равно в Сектор от него убежала!
– Вика? – вкрадчиво спросил я, припомнив поляроидную фотографию. – Этот человек… это, случайно, не Чагин?
Анфису будто холодной водой окатили. Она утихла и, засопев, ускорила шаг.
– Может, Чагин, а может, и не Чагин, тебе‑то что? Ты что, знаешь Чагина?
– Не столько его, сколько его жену. А сам он, конечно, неприятный тип… А что, Вика сбежала в Сектор?
– Не знаю. Считай, что я тебе ничего не говорила!
«Хорошо, – подумал я. – Тогда и я тебе не скажу, что заходил вчера к Чагину и что он не захотел разговаривать. Хотя теперь понятно, почему у него на двух этажах охрана. Был бы у меня ребенок, стреляющий из пистолетов, я б его еще не так охранял».
– Слушай, Кошкин! А почему это я должна все время на твои вопросы отвечать? Ты сам‑то не хочешь кое‑что рассказать? – спросила вдруг Анфиса.
– Могу и рассказать, – ответил я. – Хотя это я за тобой тащусь, а не ты за мной.
– Ну и расскажи, с чего это ты вдруг за мной тащишься? Зачем столько упорства?
– Я же говорил, Надя попросила.
– Надя попросила, наверное, в Москве меня найти, среди тихих. В раю. А ты куда поперся? Ты хоть понимаешь, что тут с нами могут сделать?
– Понимаю, – сказал я (хотя я не понимал или, точнее, не хотел понимать). – Но я обещал.
– Это что, такая любовь у вас?
– А в чем сомнения? – спросил я.
– Да как‑то ты не похож на спасителя девчонок.
