А всё начиналось так

Я ещё как защитная! Я ого-го какая!
— …Мне хочется её оберегать, закрыть от всего этого неприветливого мира… Да просто взять в охапку и забиться в какую-нибудь глушь, защитить от всех опасностей.
— О как заговорил. Смотри, как бы тебя защищать не пришлось!
— Не придётся!
— Канешна, я те верю, — хмыкнул Фридер. Послышался глухой удар. Кажется, Алик влепил ему подзатыльник.
На этом разговор иссяк, и я, отойдя тихонько к лестнице, уже спокойно прошествовала в свои покои.
Мужчины молча смотрели на огонь в камине.
— Не скучали? — весело спросила, бухаясь на кровать.
— Не-а, — нагло заявил Фридер, а демон отмолчался, подозрительно посмотрев на меня.
— Совсем-совсем? — я кокетливо посмотрела на них. Крылатый сжал зубы и отвернулся, но дернувшийся кадык и затуманенный взгляд выдали его с потрохами.
— Совсем, — воин поднялся одним плавным движением и прошёлся к дивану, на спинку которого тут же скинул опостылевший плащ, и удобно в нём развалился. — Как рано надо завтра вставать?
— С рассветом разбудишь, — вяло ответила, уже засыпая.
Уже в первые дни знакомства я узнала, что мертвецу практически не надо спать, ему хватает и двух часов в день, а энергией я его питала всего один раз, пару дней назад.
Широко зевнув, я потопала в ванную, спасать свой мочевой пузырь и заодно помыться. Пижамка висела уже там, так что в комнату за сменной одеждой переться не пришлось.
Сделав свои дела, накинула чёрный халатик до колена и потопала к кроватке.
Фридер уже ушёл в отведённые ему покои. Заметив всё ещё сидевшего у камина Алика, который не захотел идти к себе, я сказала:
— Иди к себе, помойся и спать. Завтра рано вставать. — А потом упала на постель и мигом заснула.
***
Мне кажется, или дышать стало сложнее, словно что-то давит на грудь? Открыв глаза, я поняла, что не кажется. Сверху на меня навалился Алик, одетый в одни штаны и торчащие из-под них весёленькие красные труселя. И он меня обнимал, обхватив, для надежности вестимо, еще и хвостом. Крылья были расправлены и лежали на другой половине кровати.
За окном была ночь, луна в зените, то есть до рассвета ещё далеко. Звёзд не было видно.
«Мужчина спал. На мне. На моей кровати. Я в пижаме. Почти голая. Алик полуобнажён. Дышит мне в ухо. Ночь. Это чё за наглёж?!»
Я попробовала освободиться, но сдвинуть руку оказалось сложнее, чем поднять лошадь, то есть вообще никак. Демон пошевелился, ещё сильнее подгребая меня под себя. «Я ему что, подушка что ли?!»
— Тихо, малышка, не сопи так грозно, — хриплым спросонья голосом попросил демон. И он ещё командует в моей постели?!
— А если я хочу в туалет, крылатик? — грозно зашипела ему в ухо.
— Ну я же знаю, что не хочешь.
— Угу.
— Спи, — он поцеловал мочку моего уха.
— Только после того, как ответишь на мой вопрос, — поставила я условие.
— Хорошо, — он тяжело вздохнул. — Задавай.
— Почему ты спишь в МОЕЙ кровати?
Надо мной ненадолго замолчали. Он что, ожидал чего-то другого? Интересно, чего?
— А нельзя? — наконец ответил он.
— Так и быть, разрешу, но только если ты дашь мне больше воздуха, — милостиво просипела. Я человек не стеснительный и всерьёз демона не воспринимаю. Да, мне нравится его общество, но это ещё ничего не значит.
Демон откатился немного в сторону, но обнимать не перестал.
— Так лучше?
— Ага-а-а, — я зевнула и повернулась к нему спиной, подгребая под голову подушку, демон возмущённо вскрикнул, когда его голова хлопнулась на матрац. Меня прижали к себе и я сквозь тонкую ткань пижамки почувствовала, какой он горячий. Ну это же просто замечательно! У меня появилась своя собственная да и добровольная к тому же грелка! Демон тихо зафыркал мне в затылок.
— Нечего мои мысли подслушивать, — привычно возмутилась.
— Ага. Ха-ха, — он всё трясся и не мог успокоиться. Тогда я перевернулась и прямо в губы ему прошептала:
— Спи, крылатый, — и быстро вернулась в исходное положение. Смех сразу прекратился, как отрезало, а меня сжали сильнее. Мда… И тут я почувствовала, что в мою попу упирается нечто О-ОЧЕНЬ горячее. Я пошевелилась, устраиваясь поудобнее, а демон тихо рыкнул. Упс…
— Может уже поспим спокойно уже, — сдавленно попросила.
Алик поцеловал меня в ухо, потом пошёл по шее до ключицы. Правая рука залезла под майку, поглаживая вмиг затвердевший сосок.
— Али-ик…
— Гр-р, — рыкнул он, не отрываясь от меня.
— Может, не надо?
— Почему? — второй рукой он пополз вниз по животу. У-й-ё-ё…
— Али-ик! Держи в узде свои гормоны! Я не готова, — попыталась урезонить совсем взбесившегося мужика, нависшего надо мной. Он оторвался от меня.