А я верну тебе свободу

Или братки после знакомства с моими соседями решили пойти на такие кардинальные меры?
— Какие братки? — искренне удивился Колобов.
— Так разве не ваши ко мне приезжали?
По-моему, я узнала того, который сюда вас сопровождал. Хотя и не уверена. Я его только в дверной глазок видела.
— Сейчас много похожих ребят в охране служит, — заметил Александр Иванович, повторяя мои мысли, потом попросил подробно рассказать, кто меня домогался и каким образом.
Я рассказала. Александр Иванович хмыкнул и покачал головой.
— Это точно не ваши были?
— В том-то все и дело, что нет… Но ты ведь — личность в нашем городе известная, не правда ли? Так, Юля, к делу.
— Но почему вы меня сюда привезли?!
— Да потому, что твоего любовника закрыли! Или сам решил закрыться. Думает, наверное, что я до него в «Крестах» не доберусь! Но я его везде достану. Мне просто было легче тебя взять.
И от тебя я скорее получу информацию. Как мне кажется, — опять хитренькая улыбка. — Ты же разумный человек — судя по тому, что мне довелось про тебя разузнать. Зачем зря страдать?
И за кого? За мужика, который тебя бросил ради другой? Ты что, мазохистка? А деньги я тебе заплачу. Окажу бедной журналистке спонсорскую помощь. Ну выкладывай, что тебе Татаринов наплел.
У меня тут же возникло два вопроса. Во-первых, за что мне собирается платить Колобов? А во-вторых, то есть это, конечно, во-первых: неужели он считает, что Сергей мог добровольно отправиться в «Кресты»? Я именно так поняла из колобовской речи. Разве это не Редька устроил? Хотя… Я задумалась.
Сергей мог все сделать сам. Не он первый, не он последний. Люди отправляются немного посидеть, чтобы снять остроту какого-то вопроса. В основном, о взаиморасчетах. Затихарятся, отдохнут от дел, а потом возбужденное дело тихо закроют — за отсутствием состава преступления (за определенную сумму, зависящую от тяжести предъявленных обвинений). После освобождения, кстати, можно в депутаты податься (Серега-то, интересно, не планирует ли подобное?) — это теперь модная в России тенденция: с нар — в народные избранники (а то Серегу-то как раз с работы выгнали). Народ наш всегда любил страдальцев. Хотя в последнее время рассчитывать лишь на жалость народа к настрадавшемуся от произвола властей нельзя. Нужно еще заплатить. Рынок — он и у потенциальных законодателей рынок. А бывших страдальцев у нас переизбыток.
Колобов как-то странно на меня посмотрел.
— Юля, мне кажется, мы не совсем понимаем друг друга.
— Я вас вообще не понимаю! Поняла одно: вы взяли меня, а не Сергея, потому что он в «Крестах», а я на свободе, до меня легче добраться, и поскольку я не мазохистка, я вам скорее все расскажу. Так?
Колобов кивнул.
— Но зачем вам вообще надо было кого-то из нас брать?
— Юля, не надо прикидываться идиоткой.
Я знаю, что ты не идиотка.
— Спасибо на добром слове. Но объясните, пожалуйста, о чем речь? Что произошло?
Александр Иванович ответил, что как раз добивается от меня ответа на этот вопрос. Я заморгала. Он сделал мне комплимент («Какие у тебя яркие живые глаза, Юля!») и спросил, с какой стати мы снова сошлись с Татариновым.
— Мы не сходились, — ответила я.
— Но он всем рассказывал, что у него с тобой любовь! Он понял, что жить не может без тебя! Готов все бросить, только бы снова быть с тобой.
Колобов помолчал немного и добавил, что, будучи лично знаком с Аллочкой Креницкой, он на месте Сергея тоже посчитал бы меня воплощением всех добродетелей. Ангелом во плоти. А если вспомнить еще и Аллочкину мамочку, мадам Креницкую… Колобов заметил, что Сергею уже можно было бы поставить памятник за то, что полтора года прожил в той семье.
— Александр Иванович, — вздохнула я, — Сергей может рассказывать о своей любви ко мне кому угодно и сколько угодно. Я его назад не пущу, сказала специально для Колобова, хотя имела совсем другие планы.
— Но ты останавливалась с ним в одном номере в гостинице.
— Это ни о чем не говорит.
— Как это?
— Раз переспать, плоть потешить и пустить назад в свою жизнь — это две большие разницы, как говорят в одном известном городе.
— Но почему ты с ним поехала в эту гостиницу?! Ты же в Финляндию отправилась с двумя мужиками! С ними, что ли, переспать не могла, если так захотелось?!
Так, и про Димку с Костей уже знает. Ладно, надо начинать говорить, пока не разозлился.
Я пояснила, с какой целью ездила в Финляндию, как случайно встретила там Сергея и как он предложил мне провести с ним ночь.
— Ты полтора года не отвечала на его звонки! Я выяснил, как он обрывал тебе телефон.
Письма электронные прочитал: у него ведь остались копии. А ты ни на одно не ответила. Стерва. Мужик страдал,