А я верну тебе свободу

Русская женщина никогда не бросит любимого в беде, даже если он окажется за решеткой. Пусть он виноват — она сделает все, чтобы вызволить его. Журналистка Юлия Смирнова не простила Сергею измены. Но когда он оказался в «Крестах» по обвинению в непредумышленном убийстве, она не смогла не прийти на помощь человеку, которого так и не смогла забыть… Решительная Юлия узнает «Кресты» изнутри и снаружи, научится посылать «малявы», побывает в плену у криминального авторитета, незаконно проникнет в чужой дом и проведет настоящее расследование.Дело осложняется тем, что деловые партнеры Сергея подозревают его в краже двух миллионов долларов и готовы пойти на убийство, чтобы вернуть деньги…

Авторы: Жукова Мария Вадимовна

Стоимость: 100.00

Кому бы мама завтра передавала продукты и вещи? Я как раз сказала об этом папе.
— Что будет с Аней?! — покачал папа головой.
Я решила, что его нужно поскорее доставить в Серегину квартиру, а там влить в него хорошую дозу коньяка, чтобы очухался. Правда, он стал приходить в себя уже в лифте и спросил, почему Сергей менял фамилию. Я ответила, что он, когда выйдет, сам все объяснит, и попросила не задавать ему таких вопросов, если родители пойдут на свидание. И вообще думать перед тем, как что-то спрашивать: разговор может прослушиваться.
— Тогда лучше я пойду, — сказал отец. — Мать нельзя пускать.
«Мысль мудрая», — подумала я.
Наконец мы подошли к нужной двери, и что-то мне сразу не понравилось…
— Подождите, — сказала я очень тихо, загораживая собой вид.
— Что случилось, Юля? В чем дело?
В замке явно кто-то ковырялся, и ковырялся неумело. А Серега-то тоже хорош, нет чтобы «сейф» поставить?! Но с другой стороны, судя по «работе», мне стало понятно: действовали не профессионалы, а, скорее всего, обычные братки, посланные… Вот это уже вопрос: кто их послал?
Но мое журналистское любопытство не давало мне покоя. Ох, не доведет оно меня до добра. Я извлекла из сумки тонкие перчатки, которые у меня уже давно там «живут» (по совету одного знакомого), натянула на руки и повернулась к Серегиному отцу, держащемуся рукой за стеночку:
— Ни к чему в квартире не прикасайтесь.
— Что ты собираешься делать?
Не отвечая, я взялась за ручку. Как я и предполагала, дверь была открыта. Зря я папу побеспокоила. Могла бы проникнуть внутрь и так. Но нет худа без добра: мама теперь будет знать фамилию сына.
— Заходите. Не маячьте на лестнице, — бросила я папе. — Он зашел весь какой-то поникший. Что он думает о сыне? И о его деятельности?
В квартире все было вверх дном. Я помнила уютное гнездышко, теперь же оно превратилось в свалку. Все ящики были вывернуты, диваны вспороты, шкафы раскрыты… Правда, компьютер, к моему удивлению, не пострадал. Делаем вывод: искали наличные деньги.
— Юля, надо звонить в милицию, — робко подал голос папа, пристраиваясь на ручку сломанного кресла.
— Какая милиция? Вы о чем?
— Но…
Я достала из сумки сотовый и позвонила Колобову, вкратце описав ситуацию. Александр Иванович ответил, что через полчаса приедет лично, и просил не отлучаться до его появления, а также задержать и папу.
Значит, не Колобов своих присылал? Или он, а передо мной комедию разыгрывает? Нет, не стал бы. Кто я ему? Плевал он на меня с высокой колокольни. Но для меня было важно заработать очки в глазах Александра Ивановича.
Я сняла перчатки, вспомнив, что моих отпечатков в этой квартире и так должно быть достаточно — если, конечно, тут кто-то не стирал все. Пока нужно не терять время зря и попробовать найти хоть какой-то Серегин спортивный костюм. А вообще ведь его вещи остались у Креницких. Надо бы туда съездить за ними. Или лучше послать папу с мамой? Но смогут ли они достойно пообщаться с родственниками? Пожалуй, мне опять придется их сопровождать.
К моему удивлению, бар взломщиков не заинтересовал, и бутылки остались целы. Или взломщики посчитали кощунством разбивать бутылки с выпивкой? Правда, с собой они их тоже не забрали. И забрали ли хоть что-то? Это сможет сказать только сам Серега. А вообще похоже, что тут кто-то громил все в приступе ярости…
Я налила так и сидящему на ручке кресла Серегиному отцу большую рюмку коньяку, он ее выпил залпом и попросил еще. Когда выпил вторую, поднял на меня глаза и спросил, почему Сергей все-таки менял фамилию. Пока я прикидывала, что ответить, папа уточнил:
— Он что, уже давно с криминалом связан?
«С добрым утром!»
— Он и раньше привлекался?
— Финну дал в морду в Финляндии, — сказала я, заимствуя историю смены фамилии другим человеком — одного из моих прошлых героев. — Оба были пьяные, оказались в полиции.
Сергею закрыли визу. Чтобы ездить дальше, сменил фамилию.
— А финн? — спросил папа.
— Что финн? — не поняла я.
— Финн, чтобы ездить к нам, тоже сменил фамилию?
Бедный папа. Что тебя беспокоит. Но у него оказалась еще масса вопросов: как Сережа получил разрешение на смену фамилии? Не надо никакого разрешения! Как Сережа объяснял свое желание сменить фамилию? Не надо никому ничего объяснять! Написал в нужной графе «по семейным обстоятельствам» — и все.
А почему Татаринов? Ведь это же фамилия бабушки. Почему не взял девичью матери — Кулешов? Я не стала пояснять, что Кулешовым он уже успел побывать, и теперь на очереди, по всей вероятности, прабабушка, так как с Аллой Креницкой он разводится.
Колобов приехал, как и обещал, в сопровождении двух телохранителей. За ручку поздоровался