Сосланный из дивного нового мира Земли на отсталую планетку на краю галактики, Александр Торнвальд не мог даже предположить, что его ожидает в дальнейшей жизни. Честь и отвага станут, и наградой, и наказанием для человека, который решится избрать собственный путь и не стать марионеткой в чужих играх.
Авторы: Петровичева Лариса
Кембери его уже встречал. Очень давно, в молодости, но, несомненно, встречал. Где, когда, при каких обстоятельствах — надлежало вспомнить.
Во-вторых, как-то очень внезапно это доктор появился. Вполне возможно, император Торн столкнулся с проблемами со здоровьем — хотя, в общем и целом выглядит он вполне благополучно, но так и Кембери не врач, мало ли что… А если он на самом деле при смерти? Кто станет преемником, с учетом того, что у Торна нет ни законных детей, ни даже бастардов, и куда тогда двинется огромная, выстроенная им империя? Несмотря на теплый вечер, Кембери вдруг почувствовал легкий озноб.
Кембери поднялся с пуфа и выглянул в бальный зал. Отсюда, с балкона, он весь был как на ладони. Вот министр финансов раскланивается с владетельными сеньорами преклонных годов — наверняка будут обсуждать, как вытянуть из казны средства на реставрацию замков. Вот первый и второй секретари куртуазно общаются с сулифатскими принцами; жены принцев в количестве десяти штук стоят рядом тихо и смирно, укутанные по глаза в свои безразмерные цветастые балахоны. Кембери подумал, что напрасно никто не пытается узнать, кто именно скрывается под пестрыми тряпками и женщины ли это вообще. Вот яркой полуобнаженной стайкой парят восточные дамы из свиты принцессы; сама же Минь И вовсю милуется с важным генералом, сияющим роскошью наград и эполетов. И все довольны и счастливы, всем весело, всем все нравится, и все обожают его величество Торна. Его невозможно не любить, не уважать, не преклоняться: Шани Торн — это культура и прогресс для всей планеты. Двадцать лет назад аальхарнцы не знали, что надо мыть руки, а сегодня пользуются канализацией и летают на дирижаблях. Хотя эта техника, по большому счету, имеет достаточно малое значение: важен переворот, произведенный бывшим шеф-инквизитором в умах. Конечно, в самых глухих деревнях народ по-прежнему опасается прививок, зато горожане с удовольствием ходят в музеи, читают книги, выписывают газеты, все слои общества от мала до велика взахлеб обсуждают опыты с электричеством и последние алхимические разработки. Торн может уйти, но любовь его народа к банальному комфорту останется и будет развиваться — привычку проще создать, чем искоренить. И пускай добрые соседи Аальхарна пока еще кутают жен в непроницаемые балахоны и лечатся целованием чудотворных идолов — все равно через немногое количество лет все они пойдут по пути, который проложил прогрессивный владыка.
Кстати, где он?
Кембери снова окинул быстрым цепким взглядом бальный зал. Личный врач императора и леди инкогнито по-прежнему сидели за столиком и беседовали, кушая экзотические фрукты, но ни государя, ни Артуро посол не увидел. «Быстро же они удалились», — подумал Кембери и собрался было спускаться вниз, но тут на балконе возникла обворожительная Ясимин с бутылкой вина и двумя высокими бокалами.
— Мой господин, — поклонилась она, — этот бал многое утратил, лишившись вашего остроумия. Я сочла нужным восполнить потерю.
Вино оказалось великолепным. Посол осторожно поставил свой бокал на бортик балкона и произнес:
— Не будем тратить слов, моя госпожа, все они ничтожны рядом с вашей красотой. Есть ли какие-то новости?
Ясимин улыбнулась, но улыбка ее вышла задумчивой.
— Говорят очень многое, но не все из этого правда.
— Иногда правдой оказывается самое невероятное, — сказал Кембери, и Ясимин продолжала:
— Слухи просто дикие и невозможные. Говорят, что император при смерти, и едва ли не в два дня отправится к Заступнику. Министр финансов серьезно готовится к колебаниям биржи, а наши доблестные генералы заявляют, что смогут подавить любой мятеж, который неминуемо начнется после смерти Торна. Говорят, что загадочная дама, которая не знакома с бальным этикетом, его тайная супруга и мать наследника, и патриарх Кашинец секретно скрепил их союз несколько лет назад. Говорят, что уже готов указ о престолонаследии и регентстве этой таинственной брюнетки, пока сын императора не достигнет совершеннолетия.
Кембери захотелось схватиться за голову. Вот уж воистину людские языки без костей. И как это все умудряются видеть в сорок раз больше того, что происходит?
— Ясимин, вы же умная женщина, — сказал он. — Как считаете, что из этого правда?
Ясимин допила вино и ответила:
— На самом деле на Торна было совершено покушение.
— Как! — воскликнул посол: он был действительно удивлен. — Когда?
— Вчера утром. Не в меру экзальтированная девица пришла на прием к императору и плюнула в него отравленной стрелой из духовой трубки. Поэтому сегодня его величество в первый раз надел бальный галстук: он закрывает повязку на горле. И кольчугу заодно. А яд пигмеев
