Сосланный из дивного нового мира Земли на отсталую планетку на краю галактики, Александр Торнвальд не мог даже предположить, что его ожидает в дальнейшей жизни. Честь и отвага станут, и наградой, и наказанием для человека, который решится избрать собственный путь и не стать марионеткой в чужих играх.
Авторы: Петровичева Лариса
воспоминании о том, что ей приснилось, Софья вздрогнула. Содрогнулась всем телом и, не осознавая того, взяла Шани за руку — как ребенок, который боится потеряться во тьме. Ведьма понимающе качнула головой и сказала:
— Ну ничего. Есть у меня средство.
* * *
Устроив нежданных гостей в одном из сарайчиков, Худрун дала им чайник с травяным отваром и, что удивительно, две фарфоровые чашки, невесть как попавшие в эту глухомань и прекрасно сохранившиеся. Выдав Софье пару домотканых одеял, ведьма сказала, что отправляется готовить необходимое зелье, и добавила:
— Сидите тут, отдыхайте, и только не мешайте мне, Заступника ради. Собьюсь, придется все заново начинать.
— Слушаемся и повинуемся, — ответил Шани и, когда Худрун скрылась в доме, заглянул в чайник и повел носом: — Так, ага: светоголов, листья чапеля и млечника… Пить можно. Хороший успокаивающий отвар.
Софья вздохнула с облегчением и протянула ему свою чашку. Смотреть страшные сны ей больше не хотелось.
Спустя полчаса, когда первая чашка была выпита, Софья поудобнее устроилась на стогу ароматного сена и поняла, что страх начинает ее потихоньку отпускать. Подумаешь, ведьма… Пока же она их не сожрала, ну может и дальше все обойдется. Шани осторожно потягивал отвар, и Софья видела, как с его усталого бледного лица уходит застарелая тоска, сменяясь умиротворением и покоем. Снаружи медленно, но верно густели сумерки; глядя в маленькое окошко, Софья замечала, как по маленькому дворику ползут тени. Верхушки окружающих двор деревьев — а ведьмина заимка располагалось прямо в чаще леса — еще золотило уходящее солнце, но внизу уже хозяйничал вечер. Представив, что здесь может твориться по ночам, Софья поежилась. Может быть, именно сегодня ведьма выпорхнет в трубу на метле и полетит на шабаш: пить кровь некружных младенцев, плясать под звуки бесовских рожков и предаваться блуду с колдунами. Или же ей может приспичить воткнуть нож в дерево и выдоить всех соседских коров подчистую. Многое рассказывалось о делах ведьм, и многое могло случиться нынешней ночью; Софья отошла от окошка подальше и села на свое одеяло.
— Страшно? — спросил Шани.
— Страшно, — призналась Софья. Шани усмехнулся и, протянув руку, погладил ее по плечу.
— Она не ведьма, — сказал он. — Худрун — дочь того самого зельевара Крета. Когда его сожгли, то она сбежала и несколько месяцев бродила по стране, скрывалась. Я нашел ее чистым случаем, а потом поселил здесь. Будешь смеяться, но она тут живет под полным патронажем инквизиции.
Софья действительно рассмеялась — от облегчения. Мысль о том, что все страхи оказались напрасными, развеселила ее так, что казалось, будто кровь в жилах вскипает радостными пузырьками.
— А я-то подумала! — весело воскликнула Софья.
— Что она есть некружных младенцев? — с улыбкой предположил Шани.
— И летает на шабаш!
— И пьет кровь из соседей?
— И коров у них выдаивает! Шани, что ж я глупая такая! — отсмеявшись, Софья отерла глаза и налила себе еще чашку отвара. — Впрочем, чему ж удивляться, все это рассказывают о ведьмах. Вы, должно быть, еще и не такое слышали.
Шани кивнул, отпив из своей чашки. В сарае было почти совсем темно: через окошко был виден теплый золотистый свет в домике Худрун, и Софья чувствовала какое-то уютное спокойствие, словно после долгих странствий вернулась домой, и теперь ей больше некуда спешить.
— По долгу службы я слушаю самые разные рассказы. Некоторыми можно пугать детей, а некоторыми взрослых, — сказал Шани. — Хочешь, расскажу тебе о том, как злостная ведьма спасла девушку от бесчестия?
— Расскажите! — воскликнула Софья с восторгом ребенка, которому пообещали захватывающую сказку. Шани покачал чайником и, убедившись, что отвара там еще в достатке, сказал:
— Сидела себе ведьма в разрытой могиле, срезала с покойника жир. Короче, занимался человек своими делами. А в это время лиходеи приволокли на кладбище похищенную дочь законоведа Карши, хотели надругаться над ней. Ведьма услышала возню и крики, и шевельнулось в ней что-то вроде желания сделать доброе дело. Она возьми да и крикни из могилы: «Эй, вы! Отдайте ее мне!» Лиходеи, натурально, кинулись бежать. Девица лишилась чувств. Ведьма вылезла из могилы и отвела несчастную к родителям.
— Это, скорее, забавная история, чем страшная, — сказала Софья, допивая очередную порцию отвара и на ощупь наливая еще. — А что потом случилось с ведьмой?
Шани усмехнулся. Можно подумать, тут были возможны варианты.
— Ее сожгли. Одно хорошее дело не перевесило сотни дурных. Впрочем, Заступник на суде наверняка его зачтет.
На какое-то мгновение
