Аборигены Прерии

«отблагодарить» спасителей могучим ударом.
Немую сцену прервал ее благоверный. «Все пятятся», – только и произнес. И все попятились. И она. И он.
Саблезубый оставался неподвижным до тех пор, пока люди не отошли, потеряв его из виду. А потом перестали различаться даже огоньки глаз. Во тьме ночной для этого хватило полусотни метров, потому что фонарь они котику не оставили.
Забавно. Остатки сети удалили не полностью, так что некое подобие штанов на лямке хищнику придется снимать с себя самому. Уж очень боязно предлагать такому соседу помощь. А сам он, вот чувствует Делла, не попросит.
Оставшуюся часть ночи пришлось успокаивать взволновавшийся лагерь. Люди ведь были размещены не за крепкими стенами, а в шатрах и палатках, свезенных сюда аборигенами со всего своего сообщества, у кого что было. То есть от крупного зверя человеческие тела были защищены только завесой из сетей, кстати, показавшей свою высокую эффективность. Но, естественно, всем хотелось видеть что-то более плотное, крепкое и надежное на вид, хотя объективной надобности в капитальной постройке не было. Матерчатых стенок достаточно, чтобы отгородиться от постороннего взгяда, но, конечно, никакой звукоизоляции при этом не получалось. В какой-то степени вся жизнь проходила на миру.
Ночной эпизод, с одной стороны, сильно укрепил репутацию молодых руководителей. С другой – показал недавним горожанам, что рассказы об опасностях жизни здесь, в дикой местности, не сказки. И еще он вызвал строительный бум, быстро, впрочем, сошедший на нет. Тут отсутствовали строительные материалы. Не рос здесь кустарник, чтобы нарезать прутьев для плетней. Копать ямы для добычи глины было запрещено категорически, чтобы не повредить корневой системе гигантов, чья крона их укрывала. К камням, осыпавшимся со стен, никто лишний раз подходить не решался, потому что не был уверен в отсутствии в этом месте прячущегося хищника. Да и бесформенные глыбы не казались привлекательными в качестве материала для построек. Поступающий же с лесопилки лес предназначался только для сборки корабля.
Группа энтузиастов от зодчества поднималась наверх из впадины, но вернулись они достаточно быстро. Обнаружили, что буйволы тут облюбовали себе место под пастбище, а вид у этих далеко не маленьких созданий был внушительный, и при приближении человека они еще и вести себя начинали недружелюбно: наставляли рога и даже собирались в некое подобие строя для оказания отпора. Одним словом, пересуды насчет того, что надо бы обстроиться стенами, затихли. Степа не напрасно объяснял людям, что пальцем о палец не ударит ради устранения мнимой угрозы. То есть, вообще-то, их тут никто не держит, и если кто-то недоволен, то он непременно поможет тому добраться обратно до Ново-Плесецка.
О том, что скрытая камера зафиксировала, как их саблезубый сосед через четверо суток после истории с сетью проследовал в свое логово в густых вечерних сумерках, он сообщил всем за ужином, приказав зверя не тревожить. То есть в ту часть долины, где тигр отдыхал, ходить было запрещено. Ну и сетей навесили в три ряда, да повыше, да погуще, дабы надежно отделить от остальной территории этот конец вместе с участком стены, по которому хищник выбирался наверх.

Ворота шлюза были готовы. Их заперли и включили на откачку мощный центробежный насос. Уровень воды в отсеченном перегородкой бассейне стал помаленьку опускаться. Если не ошиблись с расчетами объема, да не слишком сильно травит деревянная створка, то за двое суток, пожалуй, удастся осушить построечный док. А у них нынче гости. Старательская артель пришла на легких каноэ.
Сразу было видно, что это настоящие лесовики, жизнь которых проходит вне населенных пунктов. Все без исключения члены этой вечно странствующей группы были вооружены, пожалуй, самым лучшим оружием. У кряжистых могучих мужчин помповые ружья двенадцатого калибра, у крепких мускулистых женщин и подростков то же самое, но шестнадцатого, а детвора носила пистолеты-пулеметы. Привычка к оружию, к постоянной настороженности проявлялась у этих людей просто на уровне основных рефлексов. Еще Делла с удовольствием приметила у прибывших полное отсутствие каких-либо комплексов, нередко присутствовавших у горожан при общении с незнакомыми людьми. Она бывала в таких коллективах и давно ценила непринужденность, так понравившуюся ей в первый раз в стойбище пастухов. А вот Степка подобную команду встретил впервые. Ведь у арбузоводов он вряд ли смотрел по сторонам. Он тогда ей доказывал, что не хуже других.