Аборигены Прерии

выбрался вверх по склону оврага и нырнул в заросли подсолнухов. Его ружье сейчас может понадобиться там, где идет бой.
Предгорья – это путаница склонов, обрывов и террас, где ровные участки и голые скалы чередуются непредсказуемо и причудливо. Заросли покрывают эти места настолько плотно, что кажется, будто тут нарочно готовили полигон для игры в прятки.
Тимоха выставил ствол «дегтяря» из-под упавшего дерева и прильнул к прицелу. Короткий участок тропы оказался перед ним и он, затаив дыхание, терпеливо ждал. Ага, появились! Фигурки в круглых шлемах и камуфлированных брониках вышли туда, где он их и рассчитывал увидеть. Еще пара секунд, чтобы в зоне поражения оказались двое. Выдох – и длинная, на полмагазина, очередь.
Отполз назад, слушая, как пули свистят над головой, и бегом наутек. Жаль, конечно, оставлять пулемет – редкая в их краях машина. Но, если бы замешкался, мог бы и ног не унести. Ишь, как шмаляют! Ладно, одного он положил наверняка – у «дегтяря» отличный бой, не выдержит броня таких попаданий. А ему надо поторапливаться к оврингу, Стасик уже должен туда притащить свою нафталиновую бомбу, так они на ней еще пару этих гадов подловят, если поставят толково. А к тому времени большие мужики должны управиться с командой, что в Ярово высадилась, они и отправят к праотцам тех, кого упустят подростки.
Федька проснулся от звона бьющегося стекла и ударов пуль, прошивших стены дома. Брат на соседней кровати вскрикнул и затих, а мальчуган забрался под кровать. Граната, влетевшая в окно, угодила в сундук с игрушками и разнесла его в щепки. Топот ног, лучи фонарей, грохот сорванной с петель двери и отблеск от матового забрала шлема… Туда и направил он выстрел из своего пистолета и, не разбираясь с тем, что из этого получилось, ужом скользнул за секретер. Краем глаза в луче чужого фонаря видел, как от его кровати отлетали щепки, насыпал в ствол порох и закатывал пулю, помогая ей шомполом.
Хорошо, что для воспламенения заряда здесь прилажена начинка пьезозажигалки, не надо возиться ни с порохом на полке, ни со сменой пистона, а то бы не успел. Когда человек, расстрелявший его матрас, сделал шаг вперед, Федька выстрелил ему в забрало шлема и рыбкой вылетел через разбитое окно.

Много событий произошло на планете за то время, пока Степан отлеживал бока в чреве крошечной подводной лодки, неторопливо идущей к острову Тэра. Путь завершился в укромной бухте, где шкипер высадил пассажиров и, ни на минуту не задерживаясь, отправился обратно. А они по тропе вышли к изгороди военной базы. Колючая проволока на крепких деревянных столбах и никем не охраняемая калитка – она отпиралась при нажатии кнопки, о чем крупными буквами сообщала большая яркая вывеска. Нетрудно было сообразить, что это препятствие устроено не для людей, а для животных, скорее всего – пакицетов.
Потом через просторную лужайку с аккуратно подстриженной травой подошли к другому забору, дверь в котором им открыли откуда-то издалека, видимо, из дежурки – характерно звякнула щеколда, едва путники приблизились. Тут уже камеры наблюдения висели, и вид у этого пропускного пункта был основательный, тем более, что строения гарнизонного городка маячили поблизости. Отсутствие необходимости объясняться с часовым Степана несколько озадачило, но он решил никак не проявлять удивления и, углядев указатель со стрелочкой в сторону гостиницы, деловито туда и направился. Телохранители, как обычно, молча следовали за ним и помалкивали.
Домик для приема гостей оказался похожим на тот, в котором они с женой обитали на острове Полигон. Женщина в фартуке горничной спустилась со второго этажа, заняла место за стойкой, записала в журнал имена прибывших и выдала постояльцам ключи от номеров.
Наплескавшись под душем, Степан с удивлением понял, что отсутствие интереса к его персоне – это неспроста. Что-то оно означало, и неплохо бы догадаться, что? Манера приема гостей подозрительно напоминала аборигенскую вольницу, а не порядки военного учреждения. Опять же, на улицах городка было пустынно, хотя асфальт ровный, бордюры выбелены, а деревья аккуратно подстрижены и выравнялись, словно по линейке.
Спустился в холл. Хозяйка учреждения перебирала простыни в подсобке, дверь в которую была открыта. Как бы у нее поаккуратней выяснить хоть что-то? Во, есть вопрос.
– Скажите, где тут можно перекусить?
– В столовую идите. От крыльца направо, а потом будет указатель.
– Спасибо.
Опять какое-то неуловимое ощущение. Ха. Эта женщина – аборигенка. Точно.