Аборигены Прерии

Что-то изменилось в тоне щеголя. Видимо глаза, адаптировались к меньшей освещенности, и гость был опознан. Лицо-то диктатора часто мелькало в разных изданиях.
– А дальнейшие перспективы именно по этим крокодилам какие?
– Еще восемнадцать штук стоят в плане по госзаказу. То есть если с этой парой, то на десять каботажников класса «река – море».
– Любопытно, а что это за план такой? Откуда он взялся?
– Не, ну не конкретно план, но Яга сказала, что Кузьма Иванович, батюшка ваш, обещал оплатить счета на комплектацию, а Петр с лесопилки брус и доску на верфь уже отгрузил. Думаю, обману не будет. – Ага, сообразил, стало быть, щеголь, что о госзаказе неудачно завернул.
– Ну, коли дядя Петя лес отгрузил, должно все получиться. – Степе было немного весело, но ситуация его, в общем, устраивала. Договаривались люди между собой. А этих судов только на Желтую требовалось втрое больше. – Прощевайте, пойду я дальше.
Плавильный двор он обошел стороной. Тут то с тачками, то с носилками носились люди или вообще вагонетку толкали. Пыльно и дымно, а он нынче был тоже одет пижоном. В другой раз полюбопытствует.
Ноги сами привели его к дому Саньков. Тревожная картина. Шурочка сидела в вольере и кормила грудью котенка, а дочка ее рядышком спала сладким сном. А мегакошки нигде не видно – стало быть, к кормлению она опоздала и теперь за нее женщине приходилось отрабатывать. Наверняка ее сейчас кусают и царапают да еще и лапами мнут!
– Изольда не вернулась. Пошла за город поохотиться и уже больше часа как задерживается против ожидаемого срока.
– Ты на нее никакого маячка не надела?
– Да забыла я. Наташка капризничала, животик у нее пучило. Вот только что угомонилась, а тут Нюрка рот давай распахивать и смотреть на меня голодными глазами.
– Куда она обычно уходит, Изольда ваша?
– В холмы к западу от поселка рыбаков. Это не доходя до космодрома. Там лес расчищен, и лемминги с пискухами живут.
– Странно, сегодня с космодрома никаких стартов не планировалось, не могли ее напугать. Да и недалеко это. – Степан уже вывел из-под навеса скутер и убедился, что заряда в аккумуляторе еще прилично. – Это же, считай, городская черта. – Он уже тронулся в путь, выворачивая на пыльную грунтовку.
Холмы тут были пологие и лес на них окультурен. Через эти места проходил путь от космодрома к причалу, с которого вывозили на ГОК прибывавших с Земли работников. Правда, подлесок, вырубленный в те поры, успел подняться, но еще не сплелся в непроходимую чащобу. Тем не менее скорость пришлось снизить. Степа связался со службой спасения и попросил выслать группу для прочесывания и поиска мегакошки по кличке Изольда – одному тут долго придется бродить. Потом слева, из-за куста, на него бросилось низкое длинное тело. Едва боковое зрение отметило движение, ноги без участия разума распрямились, выбрасывая Степана из седла назад.
Полосатый амфицион проскочил над не успевшим упасть скутером, зацепился за него задними лапами и потерял секунду, а человек кувыркнулся вперед по инерции, встал на ноги. Ружье, висевшее за спиной наискосок, не враз приведешь в состояние готовности к действию – ремень мешал. А зверюга уже повернулась в его сторону и снова вытянулась в броске.
Отпрянул назад, споткнулся и кувыркнулся через спину, стремясь откатиться вправо. Левое плечо пронзила острая боль, натянулся ремень «десятки» и потянул оказавшееся под мышкой с другой стороны тела оружие. Степа почувствовал, как что-то лопнуло, отпустило, и только тогда сумел перевернуться. Увидел мегакошку на загривке амфициона и свою «десятку», захваченную его зубами. Вытащил из кармана нож, щелкнул выкидным лезвием и вонзил его в боковую сторону головы полосатика сразу за окончание челюсти. Справа его чем-то дерануло по боку и по передней части бедра, и он отлетел в сторону.
В себя пришел через считаные секунды. Он стоял, держась за ствол деревца. Мертвый, похожий на ящерицу хищник, лежал перед ним. Задняя лапа застряла в колесе скутера. Из глазниц зверя торчали деревянные палочки, а из-за челюсти – рукоятка ножа. «Десятка» в пасти выглядела перекушенной. Мегакошки нигде не было видно, а невдалеке слышался шум роторов коптера.
Позднее, когда крепкий мужик тащил его на плече словно мешок с картошкой (правая нога «не пошла»), услышал, как кто-то кому-то сказал: «Умная кошка, сразу к хозяину привела». И ответ: «Изольдой зовут. На ошейнике написано».
Потом на нем резали одежду, заматывали бинтами ужасного вида рваные раны, к которым прицепляли пластырем марлевые подушечки. Что-то вкололи, приладили капельницу, и сознание стало уплывать.
– Расслабился ты, радость моя. – Делла