Аборигены Прерии

винной бутылки.
– Привет, Делка, пока спутников над головой нет, как раз добежать успел.
– Каких спутников? – Она была уже в его объятиях и корзинка навалилась ей на ягодицы.
– Низколетящих, которые систему позиционирования обеспечивают. С них можно куда хочешь заглянуть и посмотреть, что на земле творится…
Ох! Куда это он руками полез?
– Погоди, давай сначала омлет съедим, пока он не остыл. – Что-то страшно стало от такого напора. – А потом, ты прокладки привез? Ну, которые я просила, для кранов?
День оказался насыщенным. Центробежник на насосной станции Делла запустила еще вчера, так что вода в магистрали имелась, но пускать ее в дом было рискованно. Она поменяла элементы уплотнений во всех вентилях, что не заняло особо много времени, а потом в порядке испытаний заполнила просторную, как маленький бассейн, ванну, благо, бойлер работоспособность сохранил. Вот тут Степка ее в эту самую ванну и опрокинул и сам туда же полез.
Вот незадача! В другой день она бы, пожалуй, даже обрадовалась этому, но именно сегодня момент был неподходящий. Вот случаются же такие неудачные дни. Парень даже надулся, но в обед она его вкусно покормила и не стала заставлять после этого работать. Ей и самой что-то не хотелось сильно напрягаться. Посидели в обнимочку.
– Степ, что за спутники тебя так напугали? Те, что ли, которые погоду показывают? В смысле – облака?
– Они все показывают, на них знаешь какая оптика стоит? Даже отдельного человека на поверхности планеты можно разглядеть. – Степка наконец-то перестал дуться.
– Вот не подумала бы! И что, даже лицо удается распознать?
– Нет, прозрачность атмосферы не идеальна, к тому же она меняется все время, но даже при идеальных условиях рассмотреть лицо человека не удается. Зато сам факт его присутствия или куда он идет – это видно. Мы из диспетчерской частенько приглядываем за бортами через эти объективы. Когда возникают сомнения – связываемся с космической группировкой и даем команду осмотреть получше тот или иной район. При большом увеличении наблюдаемая окружность относительно невелика, поэтому приходится ожидать, пока какой-то спутник окажется над нужным местом. Ну а если не прямо сверху, а под углом, тогда из-за увеличения расстояния человека на земле распознать не получается, зато летающие объекты – без проблем. Или суда в море. Поэтому я и понаблюдал немного за тобой оттуда. Если бы не знал, что это ты, даже не понял бы – парень тут ходит или девушка. И в кадр ты попала раза три всего, буквально на несколько секунд. То есть, если не знать наверняка, можно понять, что какой-то человек тут появляется. А вот, скажем, если кто-то заподозрил, что я отправился к тебе, и потом нарочно меня отслеживал, тогда он видел коптер и палатку рядом с ним, ну, и как я в нее вошел с креслом. А потом спутник сместился, и я перебрался сюда. Даже если выйду из-под крыши, то для наблюдателя снова появится один человек. А тот или другой – непонятно.
– А дома тебя не спрашивали, куда ты на целый день пропадаешь, когда не на работе? – Делла взъерошила Степкину шевелюру.
Надо же, а она и не подумала о такой возможности наблюдать за людьми.
– Спрашивали, конечно. Папа всегда интересуется моими делами. Объяснил ему, что прилетаю на Полигон посмотреть на волны, которые тут ужасно красивые и могучие. Это помогает мне отвлечься от переживаний и набраться душевных сил перед очередной напряженной сменой в диспетчерской.
– Коварный! Э-э… понимаешь, какое дело, мне тут нужны кое-какие штуцера и краны, и пару фитингов хорошо бы привезти. Заглянешь в хозтовары по пути с работы? И вот еще, нужно термореле для холодильника. Тут оставили старый, но хладоагрегат у него я проверила, он на эффекте Пельтье, то есть вечный. Колониальная модель. А вот регулятор температуры из него кто-то изъял, и он теперь замораживает все в доску.
Заглядывали рыбаки, привозили продукты и разные предметы для жизни: постельное белье и моющие средства, а в комплект к ним – стиральную машинку и утюг. Посуду и специи, читалку с мешком кассет – перечислишь ли все, о чем не позабыла заботливая Рустамка? Для визитов они выбирали такие дни, когда приливная волна над песчаной банкой не мешала промыслу, а случалось это не чаще, чем четырежды в месяц.
А Степка – наоборот – появлялся, когда волны разгоняло такие, что при их виде захватывало дух. Любование разгулом стихии – это его легенда для родителей. И, кроме стыковки посещений с графиком приливов, надо было угадать такие дни, когда он работает из ночи и опять в ночь, так что перерывы в визитах бывали и по нескольку дней. Степка привозил всякие мелочи, которые постоянно требовались в налаживаемом хозяйстве.