Попаданство. Надо же было такому случится, что когда я уже добежал до середины дороги, он вылетел из-за поворота. Я увидел вытаращенные глаза водителя, услышал истерический визг тормозов, а затем меня шарахнуло бампером, перегнуло пополам, раскроило башку о радиатор. Не удовлетворившись этим, безжалостная механическая сила легко сорвала с места моё тело и швырнула его на асфальт в нескольких метрах от места столкновения. Боль рвала меня на части. Я лежал навзничь, не в силах пошевелиться. Со всех сторон сбегались люди. По идее должно было быть довольно шумно, однако я ничего не слышал. Внезапно боль ушла.
Авторы: Каменев Виктор Евгеньевич
Они так и шли — клином, но выглядели довольно потрёпаными. Кое у кого даже конечностей недоставало; все головы, к счастью, торчали на местах.
Химик кивнул мне с Учителем на артиллерию. Мы взяли пушку с катапультой и потащили в общежитие. По дороге Старшина тронул меня за локоть.
— Как ты думаешь,- спросил он,- что преподавал Учитель ?
Вышеназванный наш сослуживец был высок, худ, с залысинами на лбу и волосами, падающими на плечи. Более всего он напоминал мне Паганеля без очков.
— Географию,- ответил я.
— Бой на мечах,- поправил меня Старшина.- Он в этом отношении, наверное, лучший в Отделе.
В спортзале устроили лазарет. Один тип из группы Герцога с позывным Коновал пришивал отсечённые руки, а Ирокез, тоже сведущий в целительстве, сращивал раны попроще.
Старшина ходил между ранеными, заботливо оглядывая каждого, разговаривал, хлопал по плечам, рассказывал анекдоты.
Я вернулся на свой пост, а оттуда увидел чертей, полукольцом приближавшихся к общежитию. Мне подумалось, что эти тоже хотят драться, однако они оказались мирными торговцами. Черти несли самогон, спирт и ящики с водкой.
Я вышел на порог и строго спросил :
— Чего надо ?
— Вот,- ответил ближайший ко мне чёрт, указывая на лежавшее у него под копытами ангельское перо.
— Старшина !!!- не своим голосом заорал я, опасаясь продешевить.
На мой зов также прибежали некоторые уцелевшие сотрудники Отдела. И пошла торговля ! Одна бутылка хорошей водки менялась на три ангельских пера, а за целое крыло давали десять литров самогона.
Мы едва успевали заносить жидкие трофеи в спортзал, к большому воодушевлению раненых и увечных.
Хоть черти и жульничали, но мы натягали в общежитие столько водки, что просто глаза разбегались.
— Отдел, слушай мою команду !- заговорил Старшина.- Объявляю всем благодарность ! С каждого стираю по двадцать пять чёрных меток ! Не знаю, что с нами будет дальше, возможно нас расформируют ! Ну а пока Отдел существует, давайте выпьем за победу !
Руки воинов потянулись к бутылкам и стаканам. А я пробрался к Старшине и тихонько спросил:
— А зачем нам допускать расформирование Отдела ?
— Молчи, молодой. Твоего мнения никто не спросит.
— Тогда надо высказать его без спроса. Лучшая защита — нападение.
— Ты на что намекаешь ?
— Надо срочно сходить к апостолу.
— Молодой, по-моему, у тебя с головой не всё в порядке. Нам наоборот надо держаться от апостола подальше.
— Старшина, я, кажется, раскусил психологию апостола. У него прав тот, кто первый пожаловался. Так зачем нам давать преимущество ангелам ?
Старшина некоторое время ошарашено смотрел на меня, а затем ответил:
— Ну, смотри у меня, психолог. Если что не так, я тебя в порошок сотру. Учитель, подмени молодого на дежурстве, он идёт со мной.
***
У апостола находился тот самый серафим-полковник. Левая половина его физиономии превратилась в сплошной кровоподтёк, вместо глаза осталась узкая щёлочка. Старшина, не без удовольствия глянув на дело рук своих, обратился к апостолу.
Он говорил о том, что полчища ангелов напали на ни в чём не повинных сотрудников Отдела, ратующих за правду. Сегодня мы сумели защитить себя в неравном бою, но что будет дальше ? И не следует ли расценивать это нападение как потворство нечистой силе ?
Серафим пытался возразить, но я отпихнул его в сторону, а апостолу открыть рот не дал сам Старшина.
До каких пор, спрашивал он, будет продолжаться подобное отношение ангелов к его людям ? Чем мы провинились ? Уж не тем ли, что уничтожили массу упырей, вовкулаков и мертвецов, восставших из могил ? Ясное дело, ангелы нам завидуют, ведь они на наших должностях не справлялись.
В этом месте мне опять пришлось отпихивать серафима в сторону.
И какого дьявола, недоумевал Старшина, специалисты Отдела не могут появиться на небесах без того, чтобы к ним тотчас же не прицепился патруль ? Не лучше ли в таком случае вовсе нас расформировать ?
Голос Старшины гремел негодованием и разносился по всей небесной канцелярии.
Апостол кивком головы выгнал серафима из кабинета и ответил:
— Вы слишком горячитесь.
— А вы бы не горячились на моём месте ?
— Вот этот ваш подчинённый обещал мне никогда больше не драться с ангелами.
— Он и не дрался. Молодой защищал меня, своего прямого начальника.
Апостол помолчал, печально глядя на нас со Старшиной и барабаня пальцами по столу, а затем заговорил дальше:
— Допустим, вы правы. Но что это за позорный торг с чертями ? Я всё знаю. Вы меняли ангельские перья на
