Ад да Винчи

к ним Антонио Сорди. Антонио быстро шел между рядами столов, раскинув руки и широко улыбаясь.
– Слава Мадонне! – воскликнул он, подойдя к их столу. – Куда вы пропали, мои друзья? Хорошо, что я зашел сюда по своим делам! Чем вы были так заняты?
Занимавшиеся за соседними столами зашикали, и Антонио понизил голос.
– Так где вы пропадали все это время?
– Знаешь, так долго рассказывать… – протянул Старыгин. – Впрочем, тебе, с твоим интересом к тайным обществам, это может показаться заслуживающим внимания…
К Антонио подошел высокий коротко стриженный парень и что-то озабоченно спросил по-итальянски. Антонио взглянул на часы, округлил глаза и ответил молодому человеку короткой фразой. Затем он повернулся к своим друзьям и с сожалением проговорил:
– Я должен идти на лекцию, студенты уже собрались. Но обещайте, что после лекции вы меня дождетесь… А что это…
– Антонио, – Маша оглянулась по сторонам и достала из сумочки одну из тех бумаг, которые взяла в банковской ячейке, – вы случайно не знаете, что это за бумага и стоит ли она чего-нибудь?
Итальянец уставился на листок и снова округлил глаза:
– Стоит ли она чего-нибудь? Еще бы! Клянусь ранами Спасителя! Это облигация банка Ротшильдов! Самая надежная валюта в Европе! Деньги богатых людей! Такая бумага стоит как минимум десять тысяч долларов и с каждым годом только поднимается в цене! Их охотно принимают в любом банке! Откуда это у вас?
– От деда, – неохотно отозвалась Маша и не стала уточнять, что у нее в сумочке лежит целая стопка таких облигаций.
– Профессоре! – окликнул Антонио от дверей зала коротко стриженный студент.
– Иду, иду! – Антонио возбужденно замахал руками и бросился к выходу.

Разноглазый человек, которого называли Азраилом, торопясь, свернул в небольшой мощеный дворик, прошел мимо полуразрушенной церкви, обогнул фасад средневекового дома, в который была встроена древнеримская колонна, и очутился в следующем дворике. После жаркой улицы в тенистом дворике было прохладно. В дальнем углу его журчал небольшой фонтан – каменный мальчик едва удерживал большой кувшин, из которого лилась вода.
Мрамор, из которого была сделана статуя, был когда-то белым, теперь же его покрывали темные потеки и трещины. Однако лицо статуи было полно лукавства, чувствовалось, что в свое время изготовил ее большой мастер. Человек с разными глазами равнодушно прошел мимо в Риме такие вещи никого не удивляют.
Азраил поднялся по наружной лестнице и отпер своим ключом неприметную дверцу.
Дом был очень старый. Азраил прошел по пыльному коридору, стараясь, чтобы не скрипнула половица, но все равно понял, что тот, кто ожидал его сейчас в просторном зале, уже знает о его приходе.
В зале было темно, потому что многочисленные окна были закрыты ставнями. Едва угадывались очертания старинной мебели, тускло блестела бронзовая люстра.
Азраил остановился на пороге.
– Я здесь, Повелитель, – сказал он в спину человеку, который стоял в самом темном углу комнаты.
– Итак, – тот сделал гневный жест, – вы ее упустили. Девушка, чья царская кровь была нам так нужна, сумела уйти от тебя!
– Повелитель, я виноват, – Азраил склонил голову, глаза его при этом упрямо блеснули, но они не могли уйти! Я не понимаю, как это случилось! Из той потайной комнаты в подземелье выход только один. И он тщательно охранялся моими людьми!
– Тем не менее они выбрались! Они не могли бы этого сделать, если бы им кто-то не помогал!
– Кто-то или что-то… – протянул Азраил. Ты уверен, что девушка ни о чем не подозревает? Ты уверен, что она не обладает никакой властью? Ни она, ни ее спутник?
– Прекрати свои дерзкие речи, Азраил! вскричал человек, которого звали Повелителем. – Ошибки быть не может, ибо в пророчестве сказано, что только она, родившаяся под числом света и принадлежащая к царской крови… Ее спутник здесь совершенно ни при чем. Он – послушная игрушка в наших руках, только инструмент, который поможет нам привести девушку куда надо.
– Тебе виднее, Повелитель, – Азраил еще ниже наклонил голову. В темноте не видно было угрожающего выражения его лица. Однако Повелитель что-то понял по голосу.
– Я понял, в чем мы были не правы, – продолжал он спокойно. – Нужно собрать воедино все три компонента – Образ, Кровь и Ключ. В пророчестве сказано, что церемония должна происходить под изображением Древней Матери. Я думал, что это изображение – фреска Богоматери в катакомбах святой Присциллы. Однако теперь я думаю иначе. Есть более древняя мать. Гораздо более древняя. Твой путь лежит в Египет. Там, вблизи от древних священных захоронений и будет происходить