Адский меч ниндзя

избрав более пологий маршрут. Ребенок двигался быстро, но тут Паллада подвела, лазутчик сорвался, рухнув с довольно большой высоты. Он хотел вскочить, но острие меча коснулось груди.
  — Куда ползешь щенок. — Последовал грубый голос.
  Хук замер, огляделся, два воина стояли над ним, мечи блестели.
  — Да я так ничего, отпустите меня господа! — Проскулил пацан.
  — Э нет! Ты беглый раб, быстрее вставай. — Прорычали стражники.
  Ребра мальчишки болели, он ушибся, были набиты синяки, но крепкие кости целы, да относительно маленький вес не давал сильно грохнуться.
  Вскочив, внешне безобидный Хук со всего размаха врезал, ногой стражнику в пах. Расчет на неожиданность оправдался. Круто! Тот вскрикнул мальчик бил профессионально, используя и бедро, и разгибание колена. От шока тот грохнулся. Второй воин оторопел и получил локтем в солнечное сплетение. Ему перехватило дыхание. Не теряя даром времени, мальчик на лету схватил оброненный меч и рубанул ближайшего стражника по шее. Он не мог поступить иначе, тогда бы воины подняли тревогу.
  Тот лишь охнул, голова откатилась, у мальчишки удар сильный, недаром он от зари до зари рубил камни. Один, отключился, второй промычал, но и его Хук добил, всадив клинок под сердце:
  — Да смилуются над вами высшие боги, вернее один Всевышний Бог. (Мальчик сумел подслушать разговор вождя и священника.) Впрочем, он внутренне согласился, что одну церковь куда легче прокормить, чем многие сотни.
  — Теперь мы уходим! — Сказал сам себе Хук.
  Юный разведчик стал спускаться, затем, увидев отряд вновь поднялся преодолев очередную кручу. Тут перед ним открылось довольно неприглядное зрелище.
  Языческий жрец в желтом одеянии закончил черчение пентаграммы — излюбленного символа злых богов. По ее краям расположились пять связанных гулей, четыре мальчика лет четырнадцати и крепкая, стройная девушка. Судя по мускулам, это были рабы из каменоломен, их тела помыли и намазали маслом.
  Жрец прочитал мантру, подобие молитвы, затем, прихватив факел, прошелся вдоль пентаграммы, прижигая невольникам босые пятки. Рабы дергались от боли, но старались громко не кричать. Привычные к страданиям крепкие тела напряжены.
  Рядом со жрецом стояло не менее десяти, вернее одиннадцать стражников и толстый человек похоже знатная особа. Хук был возмущен подобным ритуалом, хотя уже не первый раз его видел. В частности на его руднике, во имя богов сажали гулей на кол, а когда они умирали, трупы сжигали, а пепел сыпали на алтарь. Потом бросали в него зернышко Цротоса. Если цветок вырастал, то значит, это было угодно тому богу, в чью пользу приносилась жертва. Если нет, ритуал повторялся.
  Иногда жертвы приносились целому пантеону, в этом случае их количество было велико и цветы, выращивались самых разных раскрасок. Но наиболее ценились черные и красные. Среди жертв обязательно были подростки, дети, а порой младенцы причем не только рабов, но формально свободной бедноты.
  Более мягким вариантом была ритуальная порка невольников во славу божью, для языческих идолов. Их бесцеремонно лупили, правда, тут сами рабовладельцы старались не перегнуть палку, чтобы невольники могли на следующий день или вернее, если били утром, сразу после избиения работать.
  — Что их ждет? — Сам себе задал вопрос Хук.
  Жрец стал доставать острые колья, это означал, что жертвы будут проткнуты, а затем умрут в муках.
  Этого Хук не мог выдержать, он побежал на выручку. По пути мальчик столкнулся со стражников, но успел рубануть его раньше, чем тот вскрикнул.
  — Я не гордый чтобы меня приветствовать! — Юный боец побежал дальше.
  Он успел как раз вовремя, жрец стал медленно колоть прокалывать подростку живот.
  Тот захрипел, выступили капельки крови. Хук вылетел как пушечное ядро, рубанув жреца по руке, отсекая конечность.
  — Одной клешней у паука, будет меньше!
  Затем удар коленом в челюсть, вылетели прогнившие, искривленные зубы, служитель культа упал на спину.
  Знатный вельможа не поняв, вскрикнул:
  — Вот еще одна жертва.
  Хук быстро ответил. Точнее выстрели фразой делающей честь и Эзопу:
  — У тирана, три качества насекомых: жало скорпиона, лапы мухи-липучки, паутина кровососа, но крылатым ему стать не суждено!
  Говоря это, мальчик выхватил их набедренной повязки рогатку выстрелил ядовитым «шпунтиком» в богатую харю.
  — Можешь считать это косметическим ремонтом.
  Вельможу словно табурет под тушей слона перекосило, и он упал. Яд был очень сильным приготовленным из нескольких трав. Правда, чтобы дети из армии Светонесущего, ведь его лозунг, кто мыслит тот и сражается.