Аферист

я выпил чашку крепкого кофе и тут же начал чертить план банка на большом листе белой бумаги.
В три часа приехал Иван. За те пару лет, что я его не видел, он раздался в плечах и набрал килограммов десять мышечной массы. Но кое-что не изменилось: та же короткая (чтоб не ухватить) стрижка, те же насмешливые, нагловатые морщинки в уголках глаз, та же ямочка на квадратном подбородке.
Мы обнялись. Но не успели мы обменяться и несколькими фразами, как в дверь позвонил Андрюха. Светловолосый, жилистый, с открытой мальчишеской улыбкой на губах. В общем, следующие десять минут мы хлопали друг друга по плечам, радовались встрече и говорили друг другу: «Ну ты и толстый стал!» – хотя Андрюха выглядел похудевшим.
Я откупорил бутылку вина и разлил его по бокалам.
– Втроем будем работать? – поинтересовался Иван.
Развалившись на диване и положив руки за голову, он выглядел абсолютно спокойным, словно приехал в Киев на экскурсию – посмотреть Печерскую лавру.
– Нет, сейчас еще один парень должен подъехать.
– Кто такой?
– Вы его не знаете. Один еврей из Штатов.
– Тебе его навязали?
– Нет, я сам его позвал.
Иван хмыкнул и довольно мелодично напел:

Я усмехнулся:
– Только зовут его не Мойша, а Боря.
Я рассказал им историю своего знакомства с Борисом и то, как он открыл украденный сейф во Львове.
– Так он прежде ничем подобным не занимался? – настороженно спросил Андрей.
– К сожалению, нет. Но открыть сейф может только он, так что выбирать не приходится.
– А что это за народное творчество? – Иван указал рукой на мой рисунок.
– План банка.
– Ну рассказывай, что да как.
– Давай дождемся нашего медвежатника, – предложил я, пригубив грузинское вино. – Чтоб два раза не повторяться. А пока расскажи, чем ты на Украине занимался. Ты же в Стебниках отдыхал?
– Это там, – вмешался Андрюха, – где мы таксистов когда-то грузили?
– Ага. Отдых удался на славу: пьянки, свадьбы, разборки.
– Где ты там разборки нашел?
– Да там такая история была… Моему племяннику деньги не заплатили на одной работе. Я позвонил работодателю и дал ему срок в неделю, чтоб он рассчитался. Он говорит «хорошо», а мне через пятнадцать минут перезванивают и говорят, что нужно встретиться. Я говорю, что по этому поводу все сказал и директор отдаст бабки по-любому. Короче… Забили стрелку, приехали несколько рыл устрашающего вида…
Я усмехнулся. Нужно знать Ивана, чтобы понять, как на него действует тупое упрямство некоторых людей. Да и напугать его не так-то просто.
– …но разговаривали очень аккуратно, потому как не знали, кто и откуда. Пообещали разобраться. Через два дня приехали вместе с директором на встречу и хотели племянника нагрузить на бабки, там за ним еще косяк был. В итоге я их так сам нагрузил, что от племянника отстали и все деньги ему вернули.
– Ну и отдых у тебя.
– Да мне даже интересно было. А то у меня с этой работой скука невероятная!
– Тогда наливай!
Борис приехал ближе к вечеру. Потоптавшись в стеснении на пороге, он вошел в квартиру, таща за собой огромный чемодан на колесах.
– Здравствуй, Максим. Антон здесь?
– Он не смог приехать в этот раз, но ты не переживай.
Я забрал у Холодовского чемодан и прислонил к стенке.
– Заходи, знакомься, это мои друзья.
Мои товарищи молча пожали Борису руку, испытующими взглядами изучая нового напарника. Увиденное, похоже, их не особо обрадовало, но вслух ничего сказано не было. Когда все расселись по местам, я подошел к рисунку. Взяв карандаш, словно учитель указку, я посмотрел на флегматичного Ивана, внимательного Андрюху и настороженного Бориса. Обведя их взглядом, я начал объяснять систему охраны банка:
– Вот наш объект. Банк «Пирамида». Здесь и здесь камеры, тут пост охраны, сигнализация… Лестница, лифт…
– А бабки где? – спросил Иван.
– Бабки в хранилище, но мы туда не пойдем. У нас совсем другая цель.
– Какая?
– Папка с документами, которые очень нужны моему нанимателю. Папка находится в сейфе директора банка. Кабинет директора расположен на последнем этаже, вот здесь…
Я ткнул карандашом в рисунок и продолжил:
– На этаже постоянно дежурят два охранника с пушками и монитором, на котором виден нижний этаж.
Иван хмыкнул:
– Пока я не представляю, как ты собираешься попасть наверх. Насколько я тебя знаю, это не будет налет. Или ты изменил своим привычкам?