Аферист

пытаются улететь вслед за ним… Читающая книгу спортивная брюнетка с отпадными ножками… А это самый первый снимок – Карибское море, парус катамарана и белеющие на горизонте небоскребы гостиниц.
Я отложил фотоаппарат и две минуты сидел, глядя в одну точку. Кажется, у меня начала ехать крыша… На одной из фотографий мне привиделась Катя. Я действительно на ней помешался, иначе объяснить это никак нельзя. Наверно, так путник, изнемогающий от жажды, видит в пустыне мираж – оазис с бьющими фонтанами и озерами ледяной воды. Так и я, постоянно думая о Кате, начал видеть ее там, где ее не может быть. Что ей здесь делать?
Я поднялся с кровати и направился к двери, но, уже взявшись за ручку, замер. Нет, так я не смогу сегодня отдохнуть. Весь вечер меня будет терзать мысль об этом злосчастном фото. Я вернулся и снова взял фотоаппарат. Вот так и сходят с ума.
Где же это фото. А, вот! Короткостриженая иссиня-черная брюнетка сидит в шезлонге с книгой в руках. Лицо скрывает косая челка.
Я нажал функцию увеличения и с колотящимся сердцем стал рассматривать девушку на экране по частям. Черт возьми, лица не видно, а фигура скрыта бесформенными складками белого гостиничного халата! Взору открыты только две стройные загорелые ножки. Я увеличил их настолько, насколько позволял экран моего «OLYMPUSа», и увидел… Я крепко зажмурил глаза и снова открыл их, опасаясь, что стал жертвой иллюзии. Нет, никакого обмана зрения. Родинка, похожая на звездочку, на внешней стороне правого бедра! Это была Катя!
Фотоаппарат летит в сторону, и я бросаюсь к выходу. Что там говорил этот любвеобильный француз? Мужа ждет? Она имела в виду меня?
Я захлопнул дверь номера, слетел вниз по лестнице. Я устремился к соседней гостинице.

Вечеринка у бассейна была в самом разгаре. Впрочем, не только у бассейна. Некоторые танцевали прямо в воде, подняв над головой бокалы с шампанским и со смехом брызгая друг на друга водой. На пальмах висели разноцветные гирлянды из крохотных лампочек, мягкие огоньки которых отражались в глазах девушек, придавая им загадочный вид. На площадке танцевали несколько профессиональных пар, задавая темп общему веселью. Рядом неумело, зато весело топтались десятка три приезжих. Очевидно, у них не было времени в собственных странах обучаться знойным танцам, так как большая часть их жизни уходила на зарабатывание евро и долларов, которыми оплачивались многочисленные страховки, бесконечные счета, услуги хитрых адвокатов и лишь изредка – поездки в банано-пальмовый рай вроде этого. Латиносам в этом плане было проще – у них не было проблем белых и они родились прямо здесь.
Тут я заметил своих старых знакомых. Французы тоже выбрались в соседнюю гостиницу в надежде обрести любовь, и похоже, им это удавалось: Жан с улыбкой прижимал к себе симпатичную конопатую девчонку, похожую на немку, а Луи пытался одновременно танцевать с двумя мулатками. Ну что ж, удачи вам, парни…
Я огляделся. Ну где же Катя? Среди танцующих ее не было, возможно, она наблюдает сверху? Я поднялся по ступеням витой лестницы на длинный балкон, охватывающий гостиницу гиганским поясом. Здесь находился еще один бар, украшенный цветами. Компания у перил из пяти человек наблюдала за танцующими внизу, а в дальнем конце балкона… в одиночестве… она! Та самая брюнетка с фото. Она стояла, погруженная в свои мысли, облокотившись на перила и глядя вдаль. Девушка изящным движением поправила волосы…
Это было невероятно, я боялся верить своим глазам, но это была Катя. Из сумбура мыслей, пронесшихся в моей голове, подобно обезумевшим мустангам, я сумел заарканить самую главную – я нашел ее! Ту, которую страстно желал, о которой тосковал, которую любил…
Быстрым шагом я направился к утопающему в цветах бару, по дороге оглядываясь, боясь, что она исчезнет, как мираж, как плод моего воображения. Мешая от волнения английские и испанские фразы, я сбивчиво объяснил улыбчивой девушке за барной стойкой, чего я хочу. Разобрав основные слова, она кивнула и вытащила из ящика со льдом листы мяты. Я тем временем потянулся и вырвал из украшающих барную стойку мексиканских экибан красно-фиолетовый тропический цветок, подхватил два наполненных «Мохито» бокала и направился к той, которую уже не мечтал увидеть. Сердце колотилось, как десять лет назад, когда я первый раз шел на ограбление.
Я поставил бокалы на широкие перила, положив между ними сорванную орхидею, или что там я сорвал…
Катя подняла голову, и наши взгляды встретились. Ее глаза широко распахнулись от удивления, а затем в них промелькнула целая гамма эмоций: радость, надежда, счастье. Она неуверенно сделала первый шаг мне навстречу. Я ободряюще улыбнулся, и она бросилась