Глубоко законспирированный агент советской внешней разведки Сергей Озеров — он же сотрудник ЦРУ США Стэн Бредли — становится свидетелем и «участником» сговора ЦРУ с мафией с целью убийства лидера кубинской революции Фиделя Кастро. Советский разведчик предпринимает отчаянно смелую попытку срыва покушения на кубинского лидера. Оказавшись в лагере подготовки секретного спецподразделения «Москит» в Майами, Озеров-Бредли находит способ передать на Кубу время и место высадки десанта на остров. Роман «Агония обреченных» является продолжением истории приключений и подвигов советского разведчика Сергея Озерова, описанных ранее в романе «На грани апокалипсиса».
Авторы: Кулемин Анатолий Владимирович
покачал головой. — Камнем упал…
Весть о гибели начальника службы безопасности разлетелась по лагерю моментально; к Роучу, Бредли и другим подходили потрясенные инструкторы и иные сотрудники; вопросов никто не задавал, переговаривались вполголоса, будто сами чувствовали какую-то за собой вину.
Бредли эта смерть вообще спутала все карты, нарушила выстроенную им цепь ходов, последовательность дальнейших действий. Теперь ему предстояло если не все, то многое перестроить, переиграть. Ценой таких форс-мажорных обстоятельств, не подстрахованных запасными вариантами, в работе разведчика может быть его провал. У Бредли таких запасных вариантов на этот случай подготовлено не было.
«Я стал небрежен и самонадеян, — со злостью на самого себя подумал Бредли. — Я стал слишком часто допускать недоработки и ошибки. Пока мне удавалось исправлять их, но без конца так продолжаться не будет; на чем-нибудь сгорю. Если я исчерпал себя, значит, пришла пора остановиться. Пришло время менять работу».
— А где?.. — прервав мысли Бредли, спросил Роуч и посмотрел сначала на Уилсона, затем перевел взгляд на Бигелоу; слово «тело» Роуч произнести не решился.
Его вопрос оказался несколько запоздалым; четверо «москитов» уже подходили к ним, неся носилки.
Когда курсанты подошли и опустили носилки на землю, все разом притихли. Бредли опустился на одно колено и отвел полог; лицо Макбирни — иссиня-бледное — было спокойным, глаза полуприкрыты, рот приоткрыт.
«Сколько раз мне приходилось видеть смерть, находиться рядом с ней и даже самому убивать, а привыкнуть так и не смог, — глядя в потухшие зрачки Макбирни, подумал Бредли и сам же сделал вывод: — Потому и не смог, что привыкнуть к ней невозможно; смерть — это антагонизм жизни; единство и борьба противоположностей… Идут рядом, но разделены границей, переход через которую возможен только в одну сторону: туда, но не обратно. А где лучше, там или здесь? Он сейчас это уже знает, мы — еще нет».
По другую сторону носилок также на колено опустился Тирадо и, проведя рукой по лицу Макбирни, закрыл ему глаза.
— Мистер Роуч, — Бигелоу протянул сверток, — это его личные вещи.
Тот взял сверток автоматически, долго задержал на нем взгляд, затем, пробормотав извинения, повернулся и побрел в сторону своего домика.
— Господа, распорядок дня в лагере остается прежним, все службы должны функционировать, поэтому прошу всех разойтись и заняться своими обязанностями, — поднявшись, распорядился Бредли. Он понял, что в данной ситуации — пока Роуч не придет в себя — он должен заменить его и взять инициативу в свои руки. Поняли это и те, кто находился рядом; восприняли распоряжение Бредли как само собой разумеющееся. — Мистер Уилсон, распорядитесь, чтобы тело перенесли в наиболее прохладное место; вопрос погребения мы решим чуть позже. Мистер Бигелоу, как вы себя чувствуете? — повернулся Бредли к начальнику парашютно-десантной службы; тот лишь пожал плечами. — Вы в состоянии написать подробный рапорт случившегося сейчас, пока свежи в памяти все подробности?
— Попробую… — Бигелоу — он все еще находился в подавленном состоянии — ответил со вздохом обреченности и удалился, опустив голову. — Капитан Тирадо, вас я попрошу на минуту задержаться.
Когда все разошлись и они остались наедине, Бредли спросил:
— Надеюсь, вы еще не успели отправить ту информацию?
От прямого ответа Тирадо уклонился; на вопрос ответил вопросом:
— Что-то изменилось?
— Изменилось. Все изменилось, капитан.
В связи с трагическими событиями, произошедшими в лагере и просьбой Роуча, который предварительно согласовал ее со своим руководством из разведки, Бредли принял решение в лагере задержаться. Для этого он связался из штаб-квартиры ЦРУ в Майами с Вашингтоном и доложил полковнику Эдвардсу, что причин, по которым он выехал в эту командировку, не выявлено, «персонал» вполне работоспособен. Это означало: агентов иностранных спецслужб не установлено, группа находится в хорошей боеготовности. Также Бредли испросил разрешение задержаться на месте «для оказания практической помощи».
Выслушав доклад, Эдвардс ответил:
— Я рад, что наши опасения не подтвердились и что все идет по плану. По поводу вашей задержки я в курсе. Ко мне уже обращались наши коллеги… Что ж, раз там необходима ваша помощь, ее нужно оказать. К тому же, насколько я помню, вы любите всякое начатое дело доводить до конца, не так ли?
«Прежде всего, я хочу сказать, что вооруженные силы США не вторгнутся на Кубу ни при каких условиях.
