Агония обреченных

номер самолета, кубинским спецслужбам трудно будет по нему установить данные летчика? — тихо спросил Роуч со снисходительной улыбкой. — А если в газетах появятся еще и снимки пилота…
В первые секунды Райес не нашелся, что ответить, на его лице отразилось замешательство, больше походившее на испуг. Он, разумеется, знал о проводимой операции и о роли ЦРУ в ней, но он не знал и не мог знать всех детальных тонкостей. Он был пешкой в масштабной политической игре мощного государственного аппарата. Райес это хорошо понимал, однако, осознание причастности пробуждало в нем ощущение собственной значимости, маленького, но величия. И это только сейчас, пока, на данном этапе. В скором будущем, как только режим Кастро будет свергнут и к власти придет новое правительство Кубы во главе с доктором Кардоной, он, Алехандро Райес, ближайший помощник будущего президента, обретет власть реальную, причем немалую. Это Райес тоже понимал; от этого даже захватывало дух и слегка кружило голову.
— Для этого у них уже нет времени. Их часы сочтены, — несколько пафосно, но уверенно ответил Райес, взяв себя в руки после секундного замешательства. — Скоро им самим придется скрывать свои данные. — Он допил кофе и отставил чашку. — Все, господа, к сожалению, большим временем я не располагаю. Должен передать обо всем, что здесь произошло, доктору Кардоне. Скажу вам по секрету: по поводу случившегося он готовит собственное заявление.
— Если доктор Кардона отметит, что «Кубинский революционный совет» принимал участие в организации мятежа летчиков ВВС Кубы, это поднимет акции «Совета» и самого доктора в глазах кубинского народа в будущем, как вы считаете? — спросил Бредли как бы между прочим.
Мысль задать вопрос именно с такой постановкой пришла ему секунду назад. В этот момент он даже сам не осознавал всю его глубину и далеко идущий смысл. Для этого у него не было времени.
Райес задумался, затем поднял взгляд на Бредли и кивнул:
— Думаю, эта мысль пришла доктору намного раньше, чем вам, мистер Бредли, извините. Всего доброго, господа, — вставая, попрощался Райес. — И не забудьте о нашем уговоре.
Когда Райес покинул их, Бредли перевел взгляд на Роуча, тот пил кофе сосредоточенно, словно вновь погруженный в самого себя. Такое состояние отрешенности Бредли стал замечать за ним с недавних пор, раньше такого не наблюдалось.
— Послушайте, Дональд, последние три дня я заметил, что вы какой-то… Что с вами что-то происходит. Что вас гложет? Что-то случилось? — спросил Бредли.
Роуч коротко глянул на него, отвел взгляд, допил кофе и глубоко вздохнул:
— Не хотел я вам говорить… Но раз уж вы спросили… Одним словом, я решил отправиться туда, в залив, — пояснил Роуч, видя непонимающий взгляд Бредли.

Бредли смотрел на Роуча и не мог взять в толк, говорит ли он серьезно или шутит. Или у него произошло что-то с психикой, ибо здравомыслящий человек такое заявление сделать не мог.
— Я что-то не пойму, вы это серьезно сейчас сказали или у вас шутка такая? — спросил Бредли.
— Вот поэтому я и не хотел вам ничего говорить, ваша реакция предсказуема. А вообще… понимайте, как хотите.
— Дональд… Вы что, с ума сошли? Вы понимаете…
— Понимаю. И отчет себе отдаю. Давайте закроем эту тему.
— Ни черта вы не понимаете! — вполголоса со злостью воскликнул Бредли. — Решили поиграть в геройство? А вы подумали о том, что из-за вас группа может не выполнить задание? Вы когда-нибудь прыгали с парашютом? Вы вообще когда-нибудь принимали участие в боевых… В боевых, а не кабинетных действиях?! Группу решили провалить? Я арестовываю вас. Прямо здесь и прямо сейчас. В Вашингтон вы полетите вместе со мной. Там будете объяснять свои намерения дяде. Все, разговор окончен.
— Успокойтесь, мистер Бредли, и не горячитесь. Никто не собирается ставить под удар группу.
— Да? — Бредли откинулся на высокую спинку стула, закурил и сквозь дым с прищуром посмотрел на Роуча. — Каким же иным способом вы намереваетесь добраться до места? Весь другой транспорт уже ушел. И не отсюда, а из гватемальской базы.
— Я уйду туда катером, на котором мы приплыли сюда, — выдержав паузу, ровно ответил Роуч. — Он не ушел обратно, он стоит в порту, полностью заправлен. На нем дополнительный запас горючего и необходимое количество продовольствия.
Такой ответ если не поверг Бредли в шок, то привел в полнейшее замешательство. Он даже на какое-то время забыл о сигарете; вспомнил, когда она обожгла ему пальцы.
— Хотите сказать, что сможете…
— Смогу, — перебил Роуч. — Катер я вожу профессионально,