Агония обреченных

примером воли и стойкости, то сейчас от того Гарднера осталась лишь постаревшая оболочка. Не было уже в нем ни той решительности, ни уверенности в своих действиях. Бредли это видел.
«А он испугался. Причем сильно испугался… Потеря памяти порождает неизвестность, а неизвестность — страх, неуверенность, — сделал в отношении Гарднера вывод Бредли. — Сейчас он как старый цепной пес: способен сипло рычать, но не способен вцепиться в глотку. Он это понимает, и это давит на него, тяготит».
— Вот что, господин Гарднер, завтра я доложу генералу подробности нашей последней встречи. Завтра же я попрошу генерала, чтобы мою переброску поручили другому человеку. В Вашингтон, для контакта со мной, я думаю лучше тоже послать кого-то другого, — давил Бредли. Сейчас неожиданно у него возникла идея, для решения которой ему нужен был свой Гарднер. — Что вы еще скрыли от генерала?
Гарднер молчал долго; последние слова Бредли его буквально подкосили; он как-то сник, обмяк. И заговорил он тоже потерянно.
— Послушайте, Кесслер… или Бредли…
— Тауберг, — поправил его Бредли, — Гюнтер Тауберг… Мне нужно привыкать к этому имени.
— Хорошо… Тауберг. Семь лет… Почти семь лет из того времени, которое я здесь нахожусь, я выполнял роль мальчика на побегушках, был даже не на вторых ролях, на десятых, выполнял только второстепенные задачи. Организация переброски на Восток — это самое серьезное из того, что мне доверяли. А первые год-полтора мне вообще ничего не поручали; сидел в канцелярии. Сейчас — благодаря вам — мне поручили серьезное дело, у меня появилась перспектива… Однажды вы уже спасли мне жизнь…
— И в Нью-Йорке в знак благодарности вы решили меня убрать, — перебил Бредли. — Где гарантия того, что вы не решите повторить попытку? Нет, господин Гарднер, не верю я вам, не ве-рю.
— Да о чем вы говорите?! — в отчаянии тихо воскликнул Гарднер. — Не враг же я самому себе…
Бредли помолчал, потом спросил:
— Что вы предлагаете конкретно?
— Взаимовыгодное сотрудничество, — предложил Гарднер и, помедлив, повторил: — Я вам предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. В чем оно будет заключаться, сейчас я не могу сказать, не знаю. Но в будущем, я думаю, мы сможем быть полезны друг другу.
— И что взамен?
— То время, которое прошло после той нашей встречи, — достаточно большой срок для того, чтобы забыть и похоронить ту историю.
Бредли вновь взял паузу; эта пауза необходима, Гарднер должен видеть его внутреннюю борьбу.
— Хорошо, — согласился наконец Бредли. — Тогда давайте взаимовыгодное сотрудничество начнем прямо сейчас. Мне нужна копия записи нашего разговора с Геленом. Ваше присутствие на пленке необязательно.
— Хотите проанализировать?
— И как вы догадались?
Переход в Восточный Берлин прошел без неожиданностей. Из Берлина Бредли вылетел в Копенгаген; оттуда он отплыл на Кубу. Через двенадцать дней в порту Гаваны с борта парохода советского торгового флота «Ленинский комсомол» сошел на берег корреспондент газеты «Нойес Дойчланд» Гюнтер Тауберг.

Руководитель советской разведки на Кубе Александр Иванович Алексеев встретился с главой кубинской службы безопасности Рамиро Вальдесом в своем кабинете в посольстве.
— Нам необходимо срочно увидеться, — сказал Алексеев по телефону. — Срочно, Рамиро; вопрос очень серьезный.
— Мне тоже очень нужно с вами встретиться, — ответил Вальдес, — и тоже безотлагательно. Я выезжаю к вам.
Сорок минут назад в кубинскую службу безопасности поступил анонимный звонок; неизвестный сообщил сведения, которые требовали тщательной проработки совместно с советской стороной.
— Нами задержан некий Авилеса Каутина, — начал делиться информацией Вальдес, устроившись на стуле с высокой спинкой у стола-приставки. — При досмотре у него обнаружили документы, подтверждающие существование так называемого Кубинского национального фронта. Так что теперь это факт доказанный; они собираются повторить попытку, которая не удалась им в заливе. — Вальдес достал носовой платок и отер со лба пот. Алексеев встал, налил в стакан охлажденной газированной воды из сифона и подал Вальдесу; тот выпил одним махом, автоматически, не заметив, слишком был взволнован. — Причем по масштабам эта попытка не будет уступать той. Подготовка сил нападения уже ведется, только на этот раз на территории Коста-Рики.
Вальдес достал из папки несколько скрепленных листов и положил их на стол:
— Вот, я снял для вас копии.
Алексеев просмотрел через толстые стекла своих