Кому угрожали выдать справку вместо диплома? Пока мои сокурсники давно нашли теплые местечки, я не имею права использовать магию вне стен Академий. Деньги кончились, а угрозы «будешь хреново учиться — пойдешь работать в министерство» стали руководством к действию.
Авторы: Кристина Юрьевна Юраш
произнесла я, приняв решение сойти с дистанции. Для убедительности я даже улыбнулась.
Мужик очнулся, поднял на меня взгляд, а я вопросительно подняла брови.
— Я серьезно! — усмехнулась я, показывая клыки. Интересно, как это мертвые не повскакивали из могил? Хотя, по опыту Академии Темной Магии, они могут. Еще бы, от таких криков: «Убивают! Помогите!» должны проснуться как минимум три зомби и одно фамильное привидение.
Меня вернуло в зал, а я встала на место, слыша хлипкие аплодисменты.
— Ну что ж. Теперь самое время жюри сделать свой сложный выбор! О, представляю, какие дебаты развернуться, ведь все участницы бесспорно красавицы! — бодро заметил ведущий, а мужская половина зала громко соглашалась, что в порно мы тоже ничего так!
Вот она! Я внимательно следила за наплывающей тенью. Сердце замерло, а я жюри застыли, прижавшись друг к дружке и чуть не оторвав занавеску.
— Агнесса, — произнесла тень.
— Но Эльжбе. — послышался возмущенный шепот.
— Агнесса, — повторила тень, растворяясь в складках занавеса. Ведущий уверял всех, что такого накала страстей не видел с момента основания Академии, ректор смотрел на меня одним глазом, явно ослепленный моей красотой, которую впору назвать катарактой.
— И нас покидает красавица… Агнесс? — почему-то спросил ведущий, глядя на жюри. — Да-да! Я не ошибся! Увы, но…
— Фу-у-у! — заорал кто-то из зала, а я видела дрожащие губы Агнесс, которой надевали траурную ленточку несбывшихся «мечт», вручая драгоценную расческу. Она бросила подарок на пол сцены, сорвала ленточку и бросилась вон из зала. А теперь мы все дружненько позавидуем девушке. Из холла слышалось истерическое рыдание, а добрая душа захлопнула дверь. Не родись красивой, а родись боевым магом! Я так понимаю, что все решено. Просто дело времени. Пальцы сжимали невидимый шар огня, а зал все еще возмущался решением судей.
— Соберись! Ты должна закончить начатое. Сделай все, что в твоих силах, — уговаривала я себя, не зная к чему готовиться.
— Эльжбетта! — снова позвали меня, а я увидела манекен. Только не это! Опять вату сплевывать! Главное не вывихнуть челюсть!
Я вернулась обратно, вытаскивая нитку, намотавшуюся на зуб. Под манекеном валялась комьями вата, а я отряхнула декольте.
— Ничего себе! — заорал ведущий. — Полшеи! Такого мы еще не видели!
Зал сменил гнев на милость, разразившись овациями. Особенно усердствовали оборотни. А что? Мне после Ночной Академии палец в рот не клади. Лучше руку и по локоть!
Если я не сделаю это, то девушки будут гибнуть и дальше. В следующем году еще одна. Потом еще. И еще. У меня хотя бы есть шансы.
— Ну не плачьте вы так, — послышался голос ведущего, пока со сцены спускалась еще одна наивная, зареванная участница, закрыв лицо руками. — Это — всего лишь конкурс! И вот они! Три красавицы, которые сейчас сразятся за черную корону красоты Ночной Академии! И последний конкурс, который мы приготовили для них — конкурс талантов!
Меня как обычно оставили напоследок, поэтому пришлось терпеливо слушать какой — то реквием на клавесине и смотреть на танец. А не спеть ли мне песню? Где-то про мою душу тоже бродит медведь, мечтая меня сожрать по тихой грусти, поскольку отдавленное ухо не стало преградой для вокальных попыток.
— Песня «Добрый маленький дракон», — объявила я, вспоминая движения. — Только вам придется мне немного помочь. Название запомнили? Будете подпевать! Начали! Вы готовы, сопли?
— Эм. — послышалось из зала, а студенты стали переглядываться, пожимая плечами.
— Правильный ответ — так точно, товарищ командир! — ответила я, едва скрывая улыбку. — Еще раз! Вы готовы, сопли?
— Так точно, товарищ командир! — послышалось неуверенное из зала.
— Кто проживает в пещере в снегах? — начала я, подбадривая зал, который распробовал песенку уже на второй строчке. Еще через строчку зал орал ответ, заходясь от восторга.
Кто-то даже подвывал, пока я повествовала о тяжкой гастрономической судьбе доброго маленького дракона.
— Эм… Ну этот номер, конечно, необычный, — замялся ведущий, пока я становилась на место. — Я бы даже сказал, что… мммм. самобытный.
Самонедобитый, если быть точнее. Жюри молча совещалось, а я уже знала результат. «Прощай, если что!», — произнесла я одними губами, видя, как в воздухе висит черная корона, а улыбчивая вампирша несет траурную ленту.
— Эльжбетта! «Мисс Бессмертие»! — кричал ведущий, пока меня хоронили заживо, вручая букет увядших цветов, вытаскивали на сцену гроб, по уверению всех, из ценных пород древесины, продевали в черную ленту. Я улыбалась зубастой улыбкой, глядя на то, как мне несут. нет,
