с придыханием прошептала:
— Невероятно романтично! Я умираю от зависти! — Потом покосилась на профессора и исправилась: — Не подумай, он мне не нравится, просто тоже романтики хочется.
Я не сдержала улыбку.
Опыт у меня в таких делах маленький, но, кажется, именно так и рождается дружба.
Практикум у второкурсников оказался еще более непонятным для меня, чем их же лекция. Они колдовали. По залу рассыпались разноцветные блики. Потом Сапфир объявлял отметку, и я заносила ее в табель. Приятель того парня в берете, который пытался зазвать нас с Марго на карнавал, явно выделываясь, швырнул в Сапфира сияющей сетью… я моргнуть не успела, как он сам оказался в ней. А вредный Сапфир просто продолжил занятие, предоставив парню самому освобождаться. К тому же, сеть еще и сжималась… Когда пленник завопил о помощи, друзья общими силами его вытащили, но, признаюсь, я испугалась. Потом еще камень взорвался, но жених успел выставить щит, чтобы меня не поранило осколками. В общем, чтобы работать с юными магами, нужны крепкие нервы. У меня-то руки после первого же практического уже дрожали.
Зато во время следующего перерыва выяснила, откуда эта Марго вообще взялась. Как она пояснила, их с Аме мать после романа с каменным лордом вышла замуж, и вроде как Аметисты младшей дочери ничего не должны. Но Аме как-то выторговала, чтобы и сестру отправили учиться. Марго до сих пор терялась в догадках, зачем. Дружили девушки не особенно.
Предложение пройтись в выходные по магазинам я всерьез обдумывала. Денег на покупки не было, да мне и не нужно ничего, но подруга — это интересно… И она уговаривала.
И вот тут в аудиторию вошла Аме в окружении таких же красивых и надменных адамас.
Взгляд в расписание — ну да, практикум у пятого курса.
Я внутренне сжалась.
— Потом поговорим, я пойду, — прошептала Марго, прежде чем исчезнуть.
Ее сестрица направилась ко мне.
— Поздравляю. — Аме оперлась обеими руками о стол. Ее глаза смотрели прямо, нагло и вызывающе. А свита держалась в нескольких шагах позади.
Ну и наглость!
— Спасибо. — Я решила, что личная помощница преподавателя должна вести себя взрослее, чем какая-то зарвавшаяся студентка.
Может, если я не буду реагировать так, как эта Аме хочет, она отстанет?
— Ты хотя бы знаешь, с кем связываешься? — Увы, робким надеждам не суждено было сбыться.
Так, я не поняла, это угроза?!
— Речь о тебе? — Я удивленно приподняла бровь.
— Да нет, о твоем обожаемом Сапфире…
Выражение прекрасного лица так и шептало, что его хозяйке известно нечто, что не известно мне…
— И что с ним?
Не следовало спрашивать.
Аме неприятно улыбнулась.
— Знаешь, почему он покинул Алмазную Академию? Не знаешь, конечно! — Но ей, судя по всему, не терпелось меня просветить. — У него был брат-близнец. Этого ты тоже, конечно, не знаешь.
У меня буквально глаза на лоб полезли.
— Так вот, Арман унаследовал главную драгоценную магию и может создавать камни, а Жеанд этого не мог, — продолжала тем временем Аме. — Но они хотели быть одинаковыми во всем. И придумали с помощью ритуала убивать одаренных студентов и забирать их магию для Жеанда. Ничего не вышло, конечно. Чудовищное преступление раскрыли. Тогда Арман избавился от никчемного брата и свалил всю вину на него. Удобно, правда? И доказать его причастность так и не удалось. Правда, ему пришлось покинуть Академию, Адаманту и семью, но зато жизнь и свободу сохранил.
Держать лицо я не умею.
По торжеству в ее взгляде вижу.
Надо взять себя в руки и что-то сказать…
— Но тебя это все не волновало, пока оставалась возможность составить выгодную партию, правда? — подобрала наиболее подходящие к ситуации слова.
— Отец на меня давил. Но я счастлива, что ты отбила у меня Сапфира. Смотри теперь, не подавись этим счастьем! — бросила Аме, прежде чем занять свой стол.
О, это был мучительно долгий практикум!
И я даже не пыталась понять, что они там изучают.
Сапфир на такое не способен.
Или все же…
Что вообще я о нем знаю?
Вопросы крутились в голове во время занятий, и потом, за обедом, и на совещании, куда меня зачем-то потащил с собой маг. Понятия не имею, что там обсуждали. После слов Аме весь остальной мир для меня будто приглушили, и нормально расслышать получалось только собственные хаотично мечущиеся мысли.
В душе поднялась настоящая буря.
Вот как теперь быть?
Уйти с гордо поднятой головой?
Или остаться и не обращать внимания на досужие россказни? Уж я-то знаю, какими старательными могут быть местные сплетники.
Почему, ну почему тот, кто сделал мою жизнь хоть сколько-то
