Он набросил плащ на плечи моего брата и задал направление к двери. Но Грайан предпочитал опираться на меня, отчего мы вместе пару раз чуть не завалились. И это только выходя из комнаты.
— Родная кровь сильнее глупых романтических чувств, — не оставил реплику Армана без ответа Грайан.
— Знаешь, молчаливым и сонным он был посимпатичнее, — усмехнулся адамас. И выставил поглощающий щит, когда от пальцев Грайана поползла тьма. — Тихо, тихо, тут и без тебя все рушится.
Кого-то из нас чуть не прибило свалившимся с потолка куском посерьезнее.
— Прекратите вы оба! — взмолилась я. — Давайте уже выберемся на улицу!
Преодолевали лестницу, перетягивая Грайана, как капризные дети плюшевого медведя. Дело дополнительно осложнялось тем, что «медведь» активно демонстрировал собственное мнение, наваливаясь на меня, и при этом категорически игнорировал тот факт, что мне тяжело и при всем желании я его одна не вытащу. Когда же Арман пытался принять ношу на себя, мой братец начинал говорить гадости. Так стыдно мне даже когда Сапфир застал меня с Аквамаринами и Марго в таверне не было! Получился неутешительный вывод, что близкие порой умудряются добавить в нашу жизнь куда больше переживаний, чем мы сами.
— Ой…
Мы уже подбирались к двери.
Оглядываться на лестницу не давал какой-то внутренний запрет, но глубоко внутри себя я понимала, что никакой лестницы там больше нет.
— Что? — как-то обреченно поинтересовался Сапфир.
— Я не захватила ни одного пузырька с лекарствами.
— Ну и тьма с ними! — кажется, даже обрадовался Грайан.
— Вот видишь, ему не надо…
Хорошо, служанка ночевать уходит домой, иначе пришлось бы искать и вытаскивать и ее.
Выбрались. Я уж боялась, что этого никогда не случится.
Свежий воздух кружил голову и наполнял тело ощущением щекотного, пузырящегося счастья. После того, чем дышать приходилось в доме, снаружи он казался просто упоительным.
Мама лежала на газоне и уже немного пришла в себя, чтобы вспомнить о главном:
— Мой сын… Где мой сын?!
Притворяться не стану, я ощутила короткий укол ревности. Но потом Сапфир вернул ей Грайана, которого она сразу же бросилась обнимать, а сам оказался рядом и прижал меня к себе. Тепло, надежно, крепко-крепко. Я зажмурилась и только что не мурлыча прильнула затылком к его груди. И все прочие эмоции как-то сразу перестали иметь значение.
Одновременно остатки дома разлетались пеплом, он оседал на волосах, лип к губам, вызывал кашель…
— Где нам теперь жить? — Мама тем временем вспомнила о другом важном. — И все вещи погибли…
Платья и туфли жаль, конечно.
Но главное, я успела спасти плющ.
— В моем доме достаточно место, — заговорил Сапфир, и у меня сразу же возникло острое желание спросить, хорошо ли он подумал. — Пока Этта работает на меня, я готов вас всех принять.
Щедрое предложение.
Жаль, не все оценили.
— Еще чего не хватало, — буркнул себе под нос Грайан.
Не знаю, почему только я услышала.
Дальше все могло сложиться как угодно, от долгих пререканий, до легкого согласия, учитывая, что мои родители привыкли принимать от жизни все, искренне считая, что она должна им гораздо больше.
Однако получилось… не совсем предсказуемо, я бы сказала.
Экипаж появился в начале улицы, и, пока он приближался, никто не обращал на него внимания, все считали, что это точно не по нашу честь. Проворачивая свои черные делишки, Фийя наверняка позаботилась, чтобы соседи ничего не видели и не слышали. Жители близлежащих домов должны беспробудно проспать до утра. В свете этого нами могли заинтересоваться исключительно местные законники, но они в украшенных золотом экипажах не ездят.
Однако гость точно был к нам.
Стоп. Этот экипаж я уже видела, если не ошибаюсь.
Ой…
— Ты проигнорировала три встречи, и я решила… — Леди Сапфир показалась из открывшейся двери, обозрела летающий пепел и живописно разбросанную по газону мою семью, и что она там решила, осталось только догадываться. Вместо продолжения начатой фразы она отыскала взглядом Армана: — Сын, что ты здесь устроил?!
Виноватый нашелся неожиданно и без всяких оснований. Но он, кажется, был готов к такому повороту событий, только спрятал усмешку в моих кудряшках.
Леди выбралась из экипажа, слуга придержал ей дверь.
И тут мама повернула голову.
— Рисана?
— Алетта!
Миг они рассматривали друг друга, до конца не веря, а потом с радостными криками бросились обниматься.
Три часа спустя мы насколько это было возможно комфортно
