Академия красавиц

которыми и были направлены почти все военные силы, потому и не смогли своевременно прибыть на площадь, о заблокированных стационарных телепортах, которые до сих пор восстанавливают ректор КАМ с Лин Акройд. Журналистке пришлось выйти из тени, чтобы перебросить на площадь военных и всех аристократов, до которых она смогла дотянуться.
— Хорошо, мы заблаговременно выявили большинство захоронений по стране и все в столице, и уничтожили их, лишив её дополнительной подпитки. Изольда оказалась куда более сильной, чем мы ожидали, — закончил свою речь де Луар и вернулся к своему месту. До этого он расхаживал по всему кабинету, заставляя слушателей крутить головами.
Посыпались уточняющие вопросы, завязался спор о компенсации пострадавшим, и я, кивнув его светлости и извинившись, удалилась. Всё, что могла, уже рассказала. Что хотела, увидела в продемонстрированной записи. Повлиять пока не могла ни на кого, так что мои подвиги на сегодня завершены. Я хочу только двух вещей — увидеть ещё раз своего дракона и вернуться к девочкам.
Чёрная зеленоглазая чешуйчатая красота утробно заурчала как только я появилась в дверях.
— Ждёшь меня. Такой безмолвный, ни поговорить с тобой, ни расспросить, ни поделиться секретами. — Преувеличенно несчастно вздохнула и погладила ящера по шипу на морде. — Мне нужно в Сантор, только вот я не знаю, стоит ли тебе туда являться в таком виде. Таяна тут же попросит покататься. А как ей отказать?
Дракон посмотрел на меня скептически. Удивлена, что имея такую зверскую рожу, можно так явно передавать эмоции. Или я понимаю его по какой–то нашей особенной связи?
— И не надо корчить мне рожи, она у тебя и так от природы скорченная, вон, вся в каких–то буграх. Может, у тебя сыпь? Что ели, больной? Случались ли с вами прежде аллергии?
В то же мгновение контуры безмолвного собеседника размылись, вспышка — и передо мной стоит живой и невредимый, только мокрый с ног до головы Эйнар де Ривард собственной обожаемой мною персоной.
— Издеваешься?
Я бросилась в его объятия, заливаясь счастливым смехом.
— Издеваюсь, конечно! И буду издеваться всю оставшуюся жизнь!
— Достойная награда победителю, — довольно произнёс мужчина, бережно сжимая мои только восстановленные косточки. — Единственно, нам нужно урегулировать один нюанс. Чтобы победитель мог развернуть свой подарок, так сказать.
Меня внесли в телепорт и отпустили в незнакомом особняке у двери в чью–то спальню.
— Я заинтригована и ничего не понимаю. На твою спальню не похоже.
— Леди Виль, вы сегодня бесконечно меня балуете своими восхитительно непристойными намёками.
Эйнар постучал, и нам велели войти. Задёрнутые шторы не позволяли тщательно рассмотреть обстановку, но самовольно зажигать светильники было некрасиво, потому пришлось идти едва ли не на ощупь.
— Он на кровати. Не будите, — попросил всё тот же голос.
— Получится вылечить? — спросил дракон, прикладывая мою ладонь к чьему–то телу.
— Ничего невозможного не вижу, но восстанавливать придётся долго. Внутренние изменения — это ювелирная работа, она не терпит торопливости. Нужно лишь корректировать процесс естественного восстановления и немного поддталкивать при необходимости. Эйнар, это его величество?
— Да. Постой, ты не воспользовалась ночным зрением и ничего не видишь?
— А нас кто–то ему обучал? Всё только обещали.
— Понял. Прости. Давай я проведу тебя к Нику, он тоже пока лежит в темноте. Почему–то даже тусклый свет вызывает у них неприятные ощущения и приступы.
— Физиологических причин у его величества для подобной реакции нет. Ему нужно поработать с врачевателем душ.
Ник не спал и даже более того — ждал нас.
— Прости, Серена. Я не мог ничего рассказать, никак утешить, — произнёс он, как только мы появились на пороге. — Ты уверена, что хочешь этого? Тебя не заставляют, не принуждают? Я могу оставаться твоим женихом столько, сколько тебе будет нужно, затем верну клятву по первому требованию.
— Вот оно и поступило, — процедил мой дракон.
— Спасибо, но я хочу выйти замуж по любви. За Эйнара. Мы — истинная пара. Его дракон выбрал меня несколько лет назад, у нас нет обратной дороги. Она и не нужна.
Я тепло ему улыбнулась, надеясь, что он–то в отличие меня всё видит, и протянула руку, в глубине души ожидая любого подвоха, но только не того, что сделал Ник. Он без малейшего сомнения отказался от клятв, разрезал палец и вывел нужную руну на моей ладони.
Камни на браслетах тут же вспыхнули разрядами, налились цветом, выдавая все секреты одного наглого дракона.
Ник вздрогнул, но быстро взял себя в руки.
— Поцелуи, взаимные клятвы, дружеская любовь, страстная