Академия красавиц

Изольды, разбирался в людях и жизни явно поболее меня.
— Я всё же пока не могу сообразить, как вы собираетесь всё провернуть и что мне делать.
— По ситуации, Серена. В худшем случае, ты станешь женой Никиаса, но это вряд ли.
— Почему? — задала я вопрос, который он хотел услышать.
— Я рассчитываю на половину драконьих генов одного молодого человека, — намекнул его светлость.
Он получал огромное удовольствие от разговора и даже не пытался это скрыть. Он дразнил, подкидывал щепок и дров в пламя моих размышлений, следил, как они горят, с треском ли, с искрами, анализировал и делал выводы. И, похоже, ему нравилось увиденное.
И эта его неприкрытая реакция — единственное, что позволяет мне сохранять здравый смысл и надежду на счастливое будущее.
Любые заговоры против правящей верхушки — предприятие небезопасное и в случае проигрыша… Не хочу даже думать. Исторические примеры перед глазами. Как любят говорить мои братья: со щитом или на щите.
Только вот кое–что не сходилось.
— Но ведь у Эйнара нет внутреннего зверя, я бы почувствовала.
— Нет. Герцог Ривард… Зверь его жены оказался сильнее, — деликатно обошёл прямое признание невероятной силы отца Эйнара. — И тем не менее, драконья сущность мальчишке досталась, и мы рассчитываем на неё.
— Возможно, зря.
— Ты можешь себе представить, что дракон отдаёт кому–то своё сокровище?
Я подскочила из удобного нагретого кресла.
— Вы хотите сказать, что опоили его зельем…
Я задохнулась от понимания всей коварности их идеи. Так вот, в чём секрет! Я едва не сломала весь мозг, думая, зачем королеве влюблять в меня Эйнара, а оказывается, всё совсем не так. Вообще не так. Ни капельки.
— Именно так, — в очередной раз произнёс его светлость коронную фразу. — Ты — его истинная пара. Но пока он опоён зельем и пока оно действует, Эйнар об этом не догадывается и играет против собственной природы. И ты ему об этом тоже не скажешь, даже не думай. Это наш козырь, его пока рано доставать из рукава.
— Но…
— Серена, ты расслабилась и плохо контролируешь эмоции. Как друг твоего отца не могу не отметить, что любовь даже столь разумную девушку лишает разума. Ты нужна нам в трезвом уме, сейчас не время для эмоций.
Я не выдержала и закрыла лицо руками, откинулась на мягкие подушки кресла.
Святая Эйри, помоги мне!
Коварная и жестокая фурия со своими фокусами ни в какое сравнение не идёт с изощрённым мозгом этого мужчины. Какие ещё козыри припрятаны у него в рукаве? Мы с Эйнаром для него — в меру умные, управляемые, преданные Родине и своим семьям винтики огромного механизма. Но что–то же должно запустить эту махину?
Времени остаётся преступно мало, у них ещё далеко не всё готово, а решение принято. Неужели драконы помогут справиться с Изольдой? А как же король?
С одной стороны, я не хотела разбираться в хитросплетении политических интриг, с другой — была оскорблена в лучших чувствах, что не участвую в них полноценно, хотя «старшее поколение», включая самого Оганера де Луара, оценили мои ум и способности по достоинству.
Я выпрямилась и посмотрела на господина тайного советника совсем другим взглядом.

Из кабинета ректора я вышла, когда за окном смеркалось.
Голова распухла от информации, глаза, наверное, были квадратными от ужаса, но в сердце поселилась надежда. Крохотный, тонюсенький росточек, уязвимый и беззащитный.
Несмотря на весь ужас моего положения, надежда на счастливый исход у меня есть. И если старшее поколение борется за будущее Арратора, я буду сражаться за себя. За свою любовь.
Интересно, что значит последняя фраза Луара? Он улыбался довольно ехидно, когда её произнёс.
«Жаль, не увижу твоего лица, когда ты разгадаешь всю головоломку»
Де Луар просто создан для Сантора, а Сантор — для него. Здесь никто ничего нормально не объясняет и не делает. Любимый принцип — намекнуть и смотреть, как бедные студенты корячатся. И делают. Несмотря ни на что или вопреки всему.
Приложила руку к одному из накопителей и с наслаждением выпила часть папиной силы. Тягучей. Мощной. Древней. В глазах прояснилось, из ушей пропал неприятный шум, я расправила плечи и вышла из приёмной с гордо поднятой головой.
Детским играм пришёл конец. На арене суровые, закалённые противники. И я. Не простая девчонка с улицы. Я — Серена де Виль. Я справлюсь с любой задачей. И если королева будет вставлять мне палки в колёса, я их заточу и превращу карету в боевую колесницу.
Ухмыльнулась. Мне можно читать вдохновляющие на победы лекции, честное магическое! Однако улыбка стекла с моего лица почти сразу. В коридоре было подозрительно тихо.
Выбежала к главной лестнице корпуса,