Нелинейный и непредсказуемый сюжет, неожиданные повороты событий, совершенно новый взгляд на ставшие уже традиционными сущности и понятия в фэнтезийном мире. Подлинная история человечества, поиски древних артефактов, дружба и предательство, запутанные интриги, скрытые истины и вполне конкретные враги — всего хватает с лихвой.
Авторы: Свиридов Савелий Святославович Один Андрей
чародеев – им так и не удалось установить, куда исчезли монсегюрцы.
Глашатаи Церкви тем не менее поспешили раструбить весть о триумфальной победе над ‘ересью’, уверяя, что ‘безбожные’ колдуны и их сторонники отправились прямиком в адские котлы и на сковородки. Действительно – целых полстолетия никто из исчезнувших не давал о себе знать, и произошедшие события, постепенно обрастая домыслами, уже переместились в значительной степени в область легенд. Однако воспитанники Атрена не аннигилировали бесследно, о чем красноречиво засвидетельствовал случай, произошедший на рубеже тринадцатого и четырнадцатого веков.
Шел 1300й год, объявленный папой Бонифацием VIII юбилейным, и толпы паломников устремились в Рим, поскольку побывавшим в том году в Вечном Городе было обещано прощение всех грехов. Верующие спешили прикоснуться к святым мощам, приобрести индульгенции на будущее, а также выставленные на продажу реликвии; повсюду сновали собиравшие пожертвования монахи. Среди дневной выручки одного из них неожиданно оказалась большая серебряная монета с изображением распятого Христа, снизу которого стояло – ‘Монсегюр, 1255’, а по ободу шла надпись по латыни – цитата из Писания: ‘Отдай Богу богово, а кесарю кесарево’.
Среди епископов и кардиналов поднялся переполох; монаха допросили с пристрастием, а поскольку тот не отличался хорошей памятью, да вдобавок был откровенно туповат, сослали на пожизненное покаяние в отдаленный монастырь. Всю папскую гвардию осведомителей и шпионов подняли на ноги в поисках человека, имеющего при себе подобные монеты. Однако даже посулы щедрой награды не дали ничего: тот словно сквозь землю провалился.
Нечто подобное имело место сорок лет спустя, в разгар уже полыхавшей в Европе Первой Некромантской, когда к дверям папской резиденции в Авиньоне кто‑то ночью прикрепил листок с изображением горящего Монсегюра и надписью на древнегреческом: ‘Ваша ошибка стоила слишком дорого’.
Известно, что лидеры чернокнижников также предпринимали активные поиски артефактов школы. В частности, в личных записях парижского архивариуса осталось упоминание об аптекарских дел мастере Прунце, имевшем неосторожность заявить, что несколько раз встречался с Варефтом, одним из учителей Монсегюра, который покупал алхимические ингредиенты и живо интересовался происходящим в мире. Аптекарь был подвергнут допросу с применением магии, однако ничего конкретного вытянуть из него не смогли – тот не знал, откуда Варефт появлялся и куда, соответственно, исчезал, сделав покупки. В аптеке и вокруг нее устроили засаду, но монсегюрец, по‑видимому, почувствовав неладное, не появился больше.
И в последующие столетия волшебникам Гильдии то там, то тут попадались предметы ‘с той стороны’: книги из библиотеки, зачарованные предметы с печатью Кулфациса, некоторые реликвии из числа подаренных школе за время ее существования. Однако в целом тайна так и осталась нераскрытой; бесценные знания и уникальные магические артефакты по‑прежнему считаются потерянными для человечества…’
‑Ладно, сейчас поищу справочник.
За последним долго ходить не пришлось: соответствующий экземпляр находился на одной из ближайших полок.
‑Вот. Выпущен в середине прошлого века. Впрочем, это не имеет значения: последние столетия никто не увлекался созданием магических артефактов особого назначения.
‑Неужели кишка тонка? – ляпнул Эрик и тут же прикусил язык, испугавшись собственной дерзости. Мастер Халид строго посмотрел на него.
‑Не потому, что не могут, просто не видят смысла. Слишком опасные игрушки. Одна только история Горькой Чаши чего стоит. К тому же, чтобы гордо именоваться артефактом, вещь должна стать реликвией и обзавестись собственной уникальной легендой. А что касается твоих близнецов…
‑Каких ещё близнецов?
‑Так на нашем жаргоне называются вещи, так или иначе связанные вместе: либо действие друг друга усиливающие, либо противоборствующие. Ага, нашел: значит, они все‑таки сюда попали. Вот, на странице тридцать первой, есть описание.
‘Высшая Справедливость – булава, отлитая из чистого серебра, и магически укрепленная до твердости лучшей дамасской стали. Принадлежала рыцарю Хогану Тефрейну, согласно составленному жизнеописанию, человеку, не терпящему любой несправедливости и всегда яростно выступавшему в защиту сирых и обиженных (возможно, ставшему прообразом Дон Кихота в известном романе Сервантеса). По легенде, представ перед престолом Господа нашего, рыцарь попросил заключить его душу в булаву, чтобы и после смерти бороться со злом. Учитывая искренность пожелания и отменные личные качества сэра
