Нелинейный и непредсказуемый сюжет, неожиданные повороты событий, совершенно новый взгляд на ставшие уже традиционными сущности и понятия в фэнтезийном мире. Подлинная история человечества, поиски древних артефактов, дружба и предательство, запутанные интриги, скрытые истины и вполне конкретные враги — всего хватает с лихвой.
Авторы: Свиридов Савелий Святославович Один Андрей
Мне по фигу, с кого иметь. Потом с подружки компенсируешь, наличкой или ещё как, сам решишь.
Взглянув в насмешливые глаза криво ухмылявшегося Малко, Эрик не смог сдержать закипающий внутри гнев.
– Ты эти свои грязные намёки брось! Чтоб больше ничего подобного не слышал!
Получилось, пожалуй, излишне резко: девчонки, как по команде, оглянулись и удивлённо посмотрели в их сторону. Зато на македонца явно произвело впечатление – сразу стушевался и на попятную. Хотя и здесь не обошлось без лёгкого ёрничанья.
– Тише, тише, зачем на всю округу, я тебя и так прекрасно понял! Извини, если наступил на больной мозоль, не знал, что у вас всё так запущено. В общем, если понадоблюсь, я у себя, – и убежал.
Оказавшись за пределами аудитории, Эрик сделал вид, что с интересом изучает доску объявлений, а на деле – дожидаясь, когда женской половине их курса надоест общаться друг с другом. Наконец, те начали потихоньку разбредаться, и Лиэнна выскочила одной из первых.
Услышав новость, она обрадовалась.
– Давай прямо сейчас! – и, когда спустились на первый этаж, погоди минутку, я за деньгами заскочу!
Малко будто чувствовал, что долго ждать не придётся – три порядком потрёпанных и пожелтевших от времени конверта держал под рукой.
– Они ваши всего за восемьсот евробон! – и, наткнувшись на осуждающий взгляд Эрика, сбавил обороты, – хорошо, хорошо, семьсот! Я пока вашу Милицу нашёл, вправду поиздержался неслабо. Она из Косовска‑Митровицы, как и предполагал, ещё в девяностых прошлого века переехала. Вначале жила в Нише, а потом, пару десятилетий спустя, переселилась в Крушевац. Да ещё фамилию сменила – попробуй разыщи! Очень удивлялась, долго расспрашивала, но в конце концов согласилась передать со мной всё у неё сохранившееся.
– Спасибо! – Лиэнна торопливо отсчитала банкноты и, выхватив драгоценные конверты из рук Малко, выскочила в коридор. Эрику ничего не оставалось, как последовать за ней.
– Пойдём ко мне! – предложила англичанка и, не дав времени на обдумывание или возражения, добавила – я быстренько прочту и тебе перескажу. Если, конечно, найдётся чего ценного.
– Надеюсь, деньги были потрачены не зря, – обнадёжил её Эрик.
– В любом случае останутся на память. Вместе с другими бабушкиными вещами.
Оказавшись в своей комнате, Лиэнна, позабыв обо всём на свете и даже не предложив гостю чаю, тут же вцепилась в мятые тетрадные листы, исписанные мелким аккуратным почерком, и принялась торопливо их перечитывать. Эрик молча стоял рядом, ничем не напоминая о своём присутствии. И лишь когда последний абзац остался позади, Лиэнна вздохнула с облегчением и немного расслабилась.
– Как и предполагала. Бабушка не приходится мне даже дальней родственницей. Но в любом случае я не перестану считать её родным человеком. Здесь же, кстати, почему она ушла из того госпиталя. Не зря он мне с самого начала подозрительным показался! Вот, давай прочту тебе дословно:
«…похоже, всё‑таки придётся оставить свою работу здесь, в Калифорнии. Последнее время в госпитале творится немало странностей. Началось с того, что сменился главврач; вместо Тайфера у нас теперь Групт. Тайфер был очень привязан к своим пациентам, по доброй воле никогда бы их не оставил. Мы до сих пор не можем понять, почему так произошло – его внезапно вызвали в Вэшингот и назад он уже не вернулся. А день спустя прибыл этот садист, у которого давно атрофировалось чувство сострадания к чужой боли. И стал устанавливать драконовские порядки, единолично распоряжаясь госпиталем как своей собственностью. Несогласных уволил, или они ушли сами, им на смену набрал таких же мясников, как и он сам. Весь третий этаж отдан по отделение интенсивной психотерапии, и попасть туда можно лишь с разрешения главврача. Всего пару раз мне удалось навестить тамошних больных, но и этого оказалось достаточно. На них явно ставили эксперименты с применением колдовства.
Да, да, дорогая Милица, именно так. И магометр подтвердил наличие остаточной эманации. Все мои попытки выяснить, кто из моих коллег решил вдруг ставить опыты на не‑магах, увы, ни к чему не привели. Вдобавок как сам главврач, так и его подручные, включая охрану третьего этажа, оказались нечувствительны к чарам. Такое скопище магорезистентных в пределах одного здания – само по себе чудо. Хуже того, Групт, похоже, почуял направленное на него воздействие, раз заявил: если меня что‑либо не устраивает, могу убираться на все четыре стороны. Как ни тяжело покидать госпиталь, которому отдано столько лет жизни, придётся пойти на это. За меня не беспокойся – где‑нибудь да пристроюсь, профессия „народной целительницы“ выручала раньше, прокормит и сейчас.
