Академия магов

киоск. Я сейчас! – и сиганула напрямую через магистраль, хотя пешеходная дорожка была в каких-то пятидесяти метрах от них.
-Под машину не попади! – крикнула вслед Ирина, но ту уже не остановить было: махом пробежав перед носами судорожно тормозящих авто, Таисия оказалась на той стороне и вскоре вернулась, держа в руках булки.
Птицы, почувствовав приближение банкета, сбились в кучу и призывно крякали. Особо проворные хватали угощение на лету, другие вылавливали упавшие в воду куски. Жаль, что уровень реки здесь слишком низок, и им не дотянуться, чтобы пернатые могли взять мякиш прямо из рук…

Тот эпизод с кормлением уток, привычных, видимо, к доброте людской, и потому совершенно не боявшихся двуногих, особенно часто всплывал в памяти под мерный стук колес скорого поезда Гаргуда-Голдтаун. Лёжа на верхней полке с книжкой в руках, в перерывах между чтением Эрик разглядывал красоты северных лесов, бесконечной зелёной лентой проносящихся за окном, попутно предаваясь мечтательству и приятным воспоминаниям. Хотя и много иного, не менее увлекательного, происходило в те неполные три недели его пребывания в Голдтауне – фактически что ни день, то какое-нибудь приключение. Всей компанией они собирались редко – девчонки работали, а Галя и Алина ещё и готовились к поступлению, не теряя надежды всё-таки влиться в дружные ряды студенческого братства. Да и среди их троицы, ничем по сути не занятой, подчас выпадал кто-либо: раза три брала тайм-аут Таисия, чтобы помочь подругам; Гека в преддверии папашиного визита смотался на дачу (причём даже не на свою, а кого-то из бывших одноклассников), да и наш герой, в какой-то момент почувствовав усталость и недомогание (то ли от обилия впечатлений, то ли просквозило где), пару дней отсыпался и смотрел телевизор, не вылезая из тётушкиной квартиры.
Побывали они тогда и в Историческом Музее, причём дважды – за один день можно увидеть всё, но разве оценишь, осмыслишь, почувствуешь дыхание давно ушедших эпох, просто пробежавшись глазами по экспонатам? Заглянули и в Художественную Галерею, где проходила выставка творений пост-символистов. Благодаря неуёмной энергии Таисии, раздобывшей билеты и убедившей в необходимости приобщаться к культурной жизни, сходили на премьеру спектакля, поставленного по культовой повести ‘Осеннее новолуние’, принадлежавшей перу вошедшего в моду в последнее десятилетие Мартина Тримтагони (Эрик не знал, как на самом деле звали писателя, скрывавшегося за столь вычурным псевдонимом, допуская даже, что, судя по обилию произведений, под его крышей мог трудиться целый коллектив безвестных гениев). Однако чаще их компания вполне удовлетворялась развлечениями попроще – прогулки по столичным авеню, сопровождавшиеся посещением магазинов и рынков, тусовки в парках отдыха, посиделки в кафешках, а как-то сподобились на экскурсию на теплоходе по Голди-реке. Речной круиз, первый в жизни нашего героя, очень ему понравился, хотя под конец он и почувствовал себя немного не в своей тарелке из-за приступов морской болезни.
В общем, повеселились неплохо. Оттого, наверное, и заскучал быстро, домой вернувшись – тусоваться особо не с кем, и развлечений в родном городке кот наплакал. Возможно, он бы и подольше задержался в Голдтауне, но уж очень родичи стали наседать, обрадовавшись возможности, что Эрик вновь доступен телефонной связи. И как он с сожалением покидал столицу, так другие – расставались с ним, придя всей компанией на Сеяврский вокзал. Особая грусть сквозила в глазах Галины – что и неудивительно, она ещё со дня их знакомства симпатизировала ему. Да и он сам – не сказать, что остался совершенно равнодушен к её прелестям, и неизвестно, как развивался бы их роман, если бы не неожиданный звонок Вин, заставивший терзаться угрызениями совести от осознания собственной неверности. С того момента Эрик держался хоть и дружелюбно, но несколько отстранено, держа себя в руках и не позволяя течению событий пойти в нежелательном направлении. А вот приятель его, похоже, не особо мучился сомнениями, всё чаще уединяясь с Ириной, относившейся к тому немного снисходительно-покровительски (правда, никаких признаков неудовольствия со стороны Геки Эрик не наблюдал).
Вот и пригороды Голдтауна, плавно переходящие в городские постройки. Столица разрослась настолько, что от кольцевой автомагистрали до вокзального перрона поезд тащится почти час, последняя треть которого приходится созерцать унылый пейзаж многочисленных железнодорожных полотен, стыкующихся друг с другом, ремонтных и складских помещений, отделяющих рельсовые пути от прочей части города, а также загнанных в тупики составов и отдельных вагонов.