Академия магов

стороны Ифигения поведала про Центр Биологических Проблем, приглашая туда на работу по окончании Академии. Приятели с серьёзным выражением лица обещали подумать. На том, собственно, их разговор и завершился.
— Круто ты профессора чуть не загрыз, — поддела Геку Таисия, когда оказались на улице.
— Я? — растерялся тот.
— Откуда знаешь, тебя ж там не было? — подозрительным тоном поинтересовался Эрик.
— В окошко подглядывала. А чё, старой хрычовке можно, а мне нельзя? Оно и Ифигешка далеко не всегда строго научным взором смотрела. Интересно, остались бы вы вдвоём, долго бы на посторонние темы трындели?
— Неужели смог привлечь её внимание? — расцвёл Гека.
— Шибко губки-то не раскатывай. Она дама конкретная, на содержание вряд ли захочет тебя брать. Так, от случая к случаю, когда приспичит.
— Ну и пофиг. Она вовсе не в моём вкусе. Да и шли сюда не за этим. Жаль, не проверишь теперь, вдруг где наврала с три короба?
— Расслабься. Правду говорила.
— Откуда знаешь?
— Свиточек заветный активировала. На себя, разумеется, — рассмеялась Таисия.
— Ну ты и…
— Стерва? Спасибо за комплимент. А иначе на родине нашей не выживешь. Если, конечно, не на всём готовом существуешь.
Очередной камешек в свой огород Гека предпочёл не заметить.
— Ладно, парни, пока, ещё увидимся. Загляну к тётушке дугрун, давненько не захаживала в гости. Надеюсь, её не испугал наплыв рыцарей котла и реторты.
— Чайку попить?
— Типа того. Ну всё, до скорой встречи!
И, шутливо отсалютовав рукой, растворилась среди зелени кустов.
— Опять мы мимо пролетаем. Дина явно не могла быть с ней знакомой, — посетовал Гека. — Придётся из списка подозреваемых вычеркнуть ещё одно имя.
— После чего там снова ни души. И лишь надежда, что истина всплывёт рано или поздно.
— Ага, когда меньше всего ждёшь. Или надобность в ней давно отпала. Почему не здесь и не сейчас?
— Слишком жирно будет. Лучше поделись сомнениями: когда варево выпил, отключился сразу или всё-таки что-то помнишь? И на вкус оно как?
— Бурда ещё та. Типа напитка под названием «кофе с молоком» в придорожных забегаловках, причём пригоревшее и остывшее. Факт будто профессора загрызть хотел — честно, не помню. Хотя поделом — тот ещё садист, лет сто назад точно в концлагере пристроился бы опыты над людьми ставить. Да, перед тем как отрубиться, прилив сил ощутил необычайный. Когда одним пальцем запросто пудовую гирю поднимаешь и вертишь.
— Неудивительно: ликантропы намного сильнее людей. По крайней мере, если верить легендам. Лично не проверял, да и не тянет совсем.
— А если зверь против зверя?
— Надеюсь, такого здесь не случится.
— Кто их знает. Таким, как этот герр, только волю дай. Лично я больше их дрянь пить не стану. Переборщат своих вершков-корешков, или защитное поле трещину даст — сколько ж на меня потом мокрых дел повесят! Не удивлюсь, если там, на большой земле, по лесам да джунглям время от времени рыскают жертвы подобных экспериментов. И врагу не пожелаешь встретиться с ними.

Пустота. По сторонам, над головой и под ногами — миллионы километров безжизненного пространства. И лишь бриллиантовая россыпь созвездий не даёт раствориться в темноте, потеряв не только ощущение реальности, но и собственное «я». Безмолвное мерцание невообразимо далёких светил — единственный ориентир пути, по которому куда-то вдаль уносит астральный ветер. Холод и одиночество — извечные спутники тех, кому не повезло оказаться далеко за краем обжитой Вселенной. Здесь можно плутать вечно, ехидничает пессимистически настроенная половинка души, бессмысленно разгоняться до скорости света, если то всего лишь бег по кругу. Смутные образы давно прошедших событий и полузабытые лица их участников тенями проносятся мимо, и нет ни сил, ни желания остановиться, оглянуться, вспомнить до конца и пережить вновь.
Нет времени даже на сожаления — вперёд, всё быстрее и быстрее! Настолько, что звёзды выстроились над головой, освещая дорогу в неизвестность. Даже не звёзды, всего лишь лампочки, тоскливо покачивающиеся на электропроводах. Пространство сузилось, отгородившись кирпичными стенами с отсыревшей и частично осыпавшейся штукатуркой, покрытой плесенью, а вместо чистого, с ароматом озоновой свежести астрального эфира теперь спёртый, пропитанный разложением запах давно заброшенной канализации. Где-то монотонно каплет вода и попискивают мыши, мох под ногами мягко пружинит, не оставляя следов. По крайней мере, здесь не подхватишь агорафобию, путь вперёд жёстко задан. Главное, чтоб не тупик…
При старательном обходе очередной кучи строительного мусора он уловил отдалённое