Академия Мира. Два Бога за моим сердцем

собой в любой ситуации. Мне захотелось рассмеяться от нелепости происходящего или это подступала истерика — такой вариант тоже был возможен. Склонив голову, внимательно посмотрела на адепта. Весь остальной дом пребывал в тишине, это было поразительно, но я не хотела задумываться о причинах, главное — поблизости отсутствовали Ларанты.
— Сама удивляюсь, — оказывается, мне присущ сарказм.
— Могу поделиться апартаментами. У меня лучше всех получается прогонять непрошеных гостей, — посмеялся Питер. Кудряш был одет в белую пижаму с голубыми полосками. Кажется, его совсем не волновало то, насколько комично он в ней смотрелся.
— Жест доброй воли? — вопросительно приподняла одну бровь.
— Отчасти. Но и вставлять палки в колёса тоже люблю. Ларанты порой бывают такие забавные, почти неотличимы от людей, — звонким шёпотом откликнулся он, а потом поспешно добавил: — Так что? Принимаешь предложение?
Пораскинув мозгами, пришла к следующему выводу: если бы Питер начал плести бред про добродушную помощь, у меня возникли бы подозрения, а вот стремление позлить своих соратников больше походило на правду. Мне просто до безумия требовался укромный уголочек, куда не пустят никого из двух братьев.
— Хорошо, — была не была.
Мне потребовалось меньше минуты, чтобы принести из другой комнаты своё одеяло и кое-какие вещи.
Оказавшись у Питера, не испытывала страха, место, в котором он жил, было больше моей комнаты и делилось на две зоны.
Вот чего я не ожидала, так это того, что одну стену будет занимать стеллаж с книгами — длинный, от стены до арки, полки прогибались от тяжести фолиантов.
— Это твоё? — пораженно спросила у парня.
— Естественно, — Питер тихо посмеялся, я будто услышала звон колокольчиков.
После недавнего взрыва эмоций меня охватило странное безразличие.
Пушистый ковёр был повсюду, ноги утопали в длинном ворсе, а ещё в этом помещении царил аромат зелёных яблок. Откуда взялся этот запах?
— Ты подозрительно часто появляешься в моей жизни. Я не хочу тебя обидеть, хотя это кажется невозможным. Но ты обещал выяснить про моего отца, часто ведёшь со мной беседы, и всё это лишь из утверждения, что ты хочешь моего расположения и доверия, — думаю, любому бы данная ситуация показалась подозрительной.
— Так и есть, — активно закивал Питер.
— Тебе не кажется, что это слишком просто? Думаешь, легко приму это за чистую монету? — конечно, поздно было рассуждать, уже находясь в его комнате, но, к удивлению, у меня всё чаще стала возникать мысль, будто Академия Мира учила меня не осторожности, а безрассудству. Или именно таким казалось стремление доверять внутреннему чутью, будто интуиция обострилась до невозможного уровня. Даже сейчас, когда я смотрела на Питера, меня не покидала уверенность, что я в безопасности.
Найтису вообще не доверяла, а Дарион привлекал, от него теряла голову, но наравне с этим он отпугивал своим тяжелым характером. Я не была готова сносить все взрывы характера или странности поведения черного монстра.
— В этом и есть прелесть ситуации! Ты будешь мучиться и искать в моих действиях подвох, которого на самом деле нет! — с воодушевлением вымолвил Питер. — Но теперь задумайся: а вдруг я врал постоянно и подвох всё-таки есть? Идеальная головоломка, не так ли? — обернувшись, спросил кудряш. Он строил заклятие, и в этот момент когда-то бывшая единым целым кровать делилась пополам, образуя две постели поменьше.
Нельзя создать вещь из ничего, этот магический принцип был нерушим.
— А если скажу, что не буду больше думать о смысле твоих действий?
— О-о-о, в большинстве случаев это верный выход, — закивал Питер.
Моё одеяло заняло место на кровати. Пусть она небольшая, но места вполне хватало. Запоздало охватило чувство робости.
Бездна! Алита, куда ты катишься? Сама пришла к парню в комнату и со спокойной душой собираешься лечь спать.
Другой половине меня было наплевать. «Ну и пусть! Какая разница? Магам свойственны вольности», — говорила она.
— Питер? — спросила, уже лёжа к кровати.
— Ммм? Слушаю, — тут же откликнулся парень.
— Я чувствую, как изменилось ваше отношение. Ну, всех, кто с чёрного уровня. Казалось, поначалу вы не считали меня за человека. Почему так произошло? Ведь с остальными так же жестоки, — серьёзно спросила я, глядя в никуда.
Послышалось шуршание простыни.
— Мы не жестоки. Если потребует ситуация, поступим как следует, но беспричинно наказывать не будем, — неужели кудряш в кои-то веки не смеётся? — С Ларантами всё понятно, — продолжил он, хотя с этим утверждением могла поспорить. — Касаемо меня… Мне стало весело