Академия погодной магии

дозировке яд может послужить лекарством.
— Прошу прощения.
— Не извиняйся.
Я прикусила губу. Странно, что Ядодел продолжает со мной общаться, ведь своё он получил — я согласилась быть жрицей, если пафосно, донором силы, если по сути. И нежить за щитом продолжает бесноваться.
— Ты знаешь, что тебя ищут? — уточнил покровитель.
— Харп?
— Тролль, — ответил Ядодел и задумчиво протянул. — Харп Лазурит… Какой интересный у тебя поклонник.
— Он не поклонник, он мой преподаватель.
— Неужели? Переживает он за тебя совсем не как за ученицу. Лазурит…Из рода, приближенного к Хрустальному трону. Хозяйка активно интересовалась королевской династией и династией Кварц. Значит, надо брать.
— А? — не поняла я.
— Сиди спокойно и жди, скоро мальчик появится.
Ядодел пропал, я больше не ощущала чужого присутствия ни в храме, ни в собственном сознании. И только сейчас, расслабившись, я поняла, как была напряжена. С ума сойти, на меня обратил внимание бог! А я с перепугу вместо почтения разговаривала с ним будто с равным. Живя в тихом маленьком городке я не привыкла кланяться, не перед кем было спину гнуть. И вот результат. Ядодел вроде бы не обиделся. Впрочем, боги не обижаются, они просто выражают недовольство, стирая неугодного в порошок, порой в буквальном смысле слова.
Я обхватила себя руками, меня запоздало пробил озноб. Во что же я ввязалась? Отказать Ядоделу я не могла… Да уж, дорого мне обошёлся осмотр подвала. Я села на пол, прислонилась спиной к алтарю и приготовилась ждать. Покровитель же сказал, что Харп меня найдёт. Причин сомневаться у меня точно нет. Может, всё не так уж и плохо? Ядодел даже краски пообещал.
Как пообещал, так и забыл. Я про себя снова выругалась. Как контролировать мысли? Они, неправильные, сами в голову лезут. Вряд ли терпение покровителя бесконечно. Любому не понравится, что о нём думают плохо, а уж богу… Я ещё ругнулась. Лучше переключиться на Харпа. Он услышал, ищет. И относится, Ядодел сказал, не как к ученице. Губы сами собой растянулись в улыбку. А если покровитель соврал? Улыбаться расхотелось.
Не знаю, сколько я просидела. Нежить за щитом притихла. Я, наконец, рассмотрела её. Если в темноте она казалась ожившим мраком, текучей неуловимой тенью, то в свете храма я увидела, что это всего лишь крупная мёртвая крыса, не менее опасная, чем те, что напали на меня в библиотеке. Везёт мне на тварей. Шерсть почти не сохранилась, белела отливающая мертвенной синевой голая кожа, зияли раны. Зато когтей и зубов полный набор.
Счёт времени я окончательно потеряла. Харп всё не шёл. Мне кажется, я даже задремала. Очнулась от того, что тварь завизжала. Я вскочила. Крыса остервенело царапала щит. Магия обжигала её, но нежить бросалась снова и снова.
У меня появилось нехорошее предчувствие.
В следующий миг щит лопнул, рассыпавшись миллионами быстро погасших искорок. Как фейерверк или звездопад.
— Ядодел! — мысленно закричала я, зовя покровителя.
Тварь кинулась ко мне.
— Так надо, — ответил покровитель.

И зачем было делать меня жрицей, если умру? По храму поплыл странный запах. Чуть горьковатый, травянистый. Странно звучит, но от запаха стало жарко. На глаза навернулись слёзы. Я не пыталась защититься — не сумею. Крыса ощерилась, прыгнула, выставила когти, метя в лицо. Всё-таки она больше нежить, чем нормальный зверь. Я зажмурилась. Не хочу это видеть.
— Андреа!
Я распахнула глаза.
— Андреа!
На пороге храма тяжело дышал Харп. Нежить оседала на пол горсткой пепла.
— Андреа, — в третий раз повторил он и ураганом налетел на меня.
Я только ойкнула. Харп обезумел не хуже нежити. Стиснул в объятиях до хруста костей и принялся исступленно целовать в нос, в лоб, в щёки, в шею. Он не разбирал и, кажется, вообще не отдавал себе отчёта в происходящем.
А я… я вдыхала горький запах и тоже сходила с ума. Мне бы отстраниться, а я вцепилась в плечи Харпа так, что не отодрать, потянулась за поцелуем в губы. Дурман кружил голову. Я не буду ни о чём сожалеть. Завтра будет новый день и новая жизнь, а здесь и сейчас я хочу раствориться в жаре, смывающем все барьеры, забыть про здравый смысл, приличия, гордость. Пусть Харп не чувствует ко мне того же, что и я к нему, но он до предела искренен.
Поцелуй, ещё поцелуй.
Харп стащил с меня платье, уткнулся в шею, одной рукой он продолжал удерживать меня за плечи, вторая поползал вниз по спине. Я неумело попыталась избавиться от его рубашки. Харп перехватил мою ладонь, прижал к щеке. Мы встретились взглядами, и я охнула. Зрачок затопил почти всю радужку, отчего глаза тролля