Академия Проклятий 8

мое платье, отнес к стене, сложил и оставил на поваленной колонне, после начал раздеваться сам — камзол, рубашка, обувь… Брюки, которые теперь были темными, хотя на свадьбе он был в светлых, снимать не стал. И полуобнаженный, босиком вернулся ко мне, а я… у меня затаилось дыхание и взгляд я не могла оторвать от смуглого мускулистого тела темного лорда.
— А где смущение? — провокационно поинтересовался магистр.
Я смутилась так, что ощутила, как покраснели щеки.
— Крайне вызывающий наряд и искреннее смущение — убийственное сочетание. — Риан подошел, обнял, склонился к моим губам и выдохнул: — Просто — не бойся.
Я осторожно коснулась пальцами его обнаженной груди, и на этот раз судорожный вздох был моим, но затем, словно очнувшись, тихо попросила:
— Не нужно, чтобы Унар сковывал тебе руки.
Риан промолчал.
А я напомнила:
— Ты сам сказал, что никогда не причинишь мне вред… я тебе верю.
Он промолчал вновь, затем кивнул, подхватил меня на руки и отнес на алтарь.
Холод камня ощущался даже сквозь покрывало и платье, когда магистр усадил на колени, а после, обойдя алтарь, сел сам. И теперь
мы были друг напротив друга, в мрачном полуразрушенном храме, а там, за его стенами, слышалось завывание ветра Хаоса…
— Перчатки, — напомнил Унар.
Риан взял мою руку, осторожно касаясь, стянул перчатку, то же сделал со второй, и сжал дрожащие ладони. Мне было страшно, действительно страшно, но я смотрела в черные, как само Темное искусство глаза лорда-директора, и медленно тонула в их загадочном мерцании, теряя ощущение реальности… Ее словно больше и не существовало, как и Унара, остались только мы — я и Риан.
И Риан, глядя мне в глаза, начал говорить:
— Клятвы, что мы произносим во время брачного ритуала, наверное, каждый темный начинает обдумывать в пору своей юности. Продумывает каждое слово, каждый аспект, каждую эмоцию, что вложит в речь, произносимую для главной женщины в своей жизни… К этому моменту темные и готовятся практически всю свою сознательную жизнь. Я не готовился, Дэя. Я никогда не думал об этом. Существует несколько вариантов заготовленных клятв нашего рода, и я всегда полагал, что просто воспользуюсь одним из них…
Он улыбнулся, и уже тише сказал:
— Все изменилось в тот день, когда я увидел тебя. Мир изменился. Я изменился. Ведь я смотрел на твои худенькие плечики, на бледное лицо, в твои невероятные глаза, в которых за слабостью и покорностью жизни, отчетливо проглядывала сила, решимость, готовность сражаться до конца… Первые слова клятвы пришли ко мне именно тогда. Жаль, в тот миг я не сумел осознать, как много ты стала для меня значить.
А я… я до сих пор не могу осознать того, что это моя свадьба с самым великим лордом Темной империи. И поверить в то, что он полюбил меня до конца тоже не могу…
— Я люблю тебя сильно, — и эти слова прозвучали клятвой, — я люблю настолько сильно, что готов сделать все, ради тебя.
На глаза навернулись слезы.
— Я готов отдать свою жизнь, силу, душу, кровь до последней капли за тебя.
Слезы потекли по щекам, а магистр продолжил:
— Я люблю тебя столь сильно, что клянусь защищать тебя, заботиться о тебе, быть с тобой, принимать тебя, забирать все твои страхи, сомнения и тревоги, делить с тобой твои радости, надежды и мечты. Я люблю тебя так сильно, чтобы поддерживать всегда и во всем, позволять совершать свои шаги и ошибки, но никогда не смогу оставить тебя наедине с последствиями твоих неверных действий. И я клянусь тебе, той, что стала родной и единственной, всю жизнь быть рядом с тобой и не жить без тебя. Я люблю тебя… И это моя клятва тебе, Дэя, клятва, каждое слово которой истинно, и будет исполнено.
Запах крови, я ощутила его сжав ресницы, чтобы избавиться от слез, широко распахнула глаза — тело магистра, оказалось изрезано рунами, и сквозь эти порезы сейчас сочилась кровь… Кровь! А я ничего не заметила, зачарованная мерцанием глаз Риана, я…
— У тебя будет только один надрез на запястье, — поторопился успокоить магистр.
Я перевела потрясенный взгляд на Унара — дух как раз бесшумно ставил первый кинжал на алтарь, и собирался взять второй. То есть все время, пока Риан произносил клятву, дух… И ведь магистр продолжал нежно держать мои ладони, даже не вздрогнул ни разу, а ведь боль от подобного должна была…
— Посмотри на меня, — попросил лорд директор.
И стоило взглянуть в его глаза, как реальность вновь отступила. Риан улыбнулся и прошептал:
— Теперь ты.
Чувствуя, как безвозвратно тону в черном мерцании, я отбросила паническую мысль о том, что даже не знала про клятву, которую произносить нужно, и теперь вообще не знаю, что сказать,