Никогда не проклинайте собственного директора проклятием неизвестного вам свойства, да и еще и десятого уровня! Никогда! Особенно — если вы простая адептка Академии проклятий, а он самый могущественный лорд Темной империи! Ведь совершив подобную глупость, вы можете запустить целую цепь странных событий…
Авторы: Звездная Елена
заметил:
— Ты очень бледная.
— Вы рядом, — почему-то ответила я.
Магистр не ответил. Прозвучал следующий тост, в котором одна почтенная гнома пожелала молодым… благосостояния, принесли новое блюдо — салат из лесной зелени с лесными же орешками, но едва подавальщики отошли, Эллохар вдруг протянул руку, схватился за ножку моего стула, и без усилий придвинул меня со стулом к себе. Даже Юрао застыл от такой наглости, а магистр, переставил мои столовые приборы ко мне ближе, и невозмутимо спросил:
— Ты поняла, что произошло с Тесме?
Вопрос оказался неожиданным, но что такое вопрос, в сравнении с поведением?!
— Магистр, верните мой стул назад, — нервно попросила я.
Последовал уверенный ответ:
— Нет.
Юрао поднялся, подошел ко мне, наклонился и спросил:
— Тебе в академию не пора? Завтра вставать рано.
— Пора, — не скрывая радости, подскочила с места.
— Здорово. Идем, проведу. Перед Ойоко извинюсь за тебя сам, — партнер при этом, почему-то выразительно смотрел на Эллохара.
Мы покинули ресторацию особо никем и не замеченные. На пороге Юрао свистнул, подзывая Нурха, и едва кентавр подъехал, дроу помог мне сесть в повозку, сам подошел к вознице, что-то ему сказал, а после долго стоял на пороге и махал мне рукой, пока Нурх, все ускоряясь, вез меня в противоположном от Академии Проклятий направлении.
Покружившись по городу, Нурх вдруг набрал свою запредельную скорость и помчал меня по главной дороге. Спустя головокружительное, но очень непродолжительное время мы оказались у ворот академии.
— Госпожа Риате, вы там как?
— Нурх, вы очень быстрый, — призналась я, пережидая, пока голова кружиться перестанет.
— Тем и живем, — весело ответил кентавр.
Я вышла из повозки, пожелала вознице «Всего кошмарного», направилась к воротам и лишь когда взялась за кольцо на калитке, поняла, что здесь что-то не так. Что-то совсем не так!
— Нурх! — вскрикнула я, обернувшись.
Но едва повернулась, увидела перед собой высокую каменную стену.
— Иллюзии — первый дар, которым я овладел, — послышался чуть насмешливый голос магистра Эллохара.
Я очень медленно повернулась на голос — как выяснилось, привез меня Нурх никак не к академии, мы были в южной части Ардама, по крайней мере, цветущие персики, как и очень дорогие съемные коттеджи находились именно здесь. А еще я вдруг поняла одну вещь — мне больше ничуть не жаль лорда Даррэна Эллохара.
— Вы что, издеваетесь? — чувствуя, что начинаю срываться, спросила я.
Магистр сидел за круглым столиком, напротив имелось пустое кресло, видимо для меня. Столик находился под сияющим деревом, освещающим все вокруг мягким розовым светом — еще одно порождение Хаоса, и тоже безумно дорогое. А еще на столике располагались бутылка и два бокала. И это вино… золотистый цвет я уже видела.
— Я просил пообедать со мной, — четко проговаривая каждое слово, произнес Эллохар.
Я на мгновение закрыла глаза, тяжело вздохнула, а затем, глядя на лорда, четко, уверенно, а главное, вплетая энергию во все четыре сопутствующих потока, произнесла сложное, но крайне действенное:
— Эрвено эсшаа каве энторхагэр!
Мой голос разнесся по саду и смолк, поглощенный пением ночных птиц, цикад, урчанием далекой нежити. Порыв ветра подхватил лепестки соцветий и в какое-то сказочное мгновение на нас слово падал цветочный снег… Но это не радовало, ничего уже не радовало.
— Проклятие четвертого уровня «Холод», — слишком спокойно относительно данной ситуации произнесла я, — блокирует любые проявления эмоций. Я использовала четыре потока из восьми — до утра вы не будете чувствовать практически ничего.
Магистр сидел и мрачно смотрел на меня. Затем с усмешкой, спросил:
— Как и ты?
— Откат есть всегда, — была вынуждена признать.- Избежать его удается только при произнесении проклятий первого уровня, но «Холод» к ним не относится.
Меня бы удивил следующий вопрос Эллохара, если бы в данный момент я могла удивляться:
— И что будет, если станет известно, что адептка использовала проклятие?
— Меня отчислят, — в этом состоянии мне даже подобное было безразлично.
Чуть вздернутая бровь, а потом усталое:
— Нет у тебя совести, Риате.
Я прошла к столику, села в ожидающее меня кресло и спокойно ответила:
— С вами о ней приходится забывать, как и о правилах приличия.
— Как тогда, когда заперла меня в конторе? — усмешка, но скорее над собой.
— Да.
Проклятие было крайне неприятным, и теперь меня все сильнее сковывал холод безразличия. Безразличным становилось все — сад, ветерок, ночь, магистр Эллохар, мое здесь
