Никогда не проклинайте собственного директора проклятием неизвестного вам свойства, да и еще и десятого уровня! Никогда! Особенно — если вы простая адептка Академии проклятий, а он самый могущественный лорд Темной империи! Ведь совершив подобную глупость, вы можете запустить целую цепь странных событий…
Авторы: Звездная Елена
затягивающим как самый глубокий из омутов… Поцелуй может быть ласковым, бережным и осторожным, а может стать глубоким, всепоглощающим и сводящим с ума… Поцелуй, который завоевывает душу, отнимает сердце, лишает остатков самообладания…
Поцелуй, пробуждающий что-то спрятанное, скрытое, потаенное, то, что было под запретом воспитания, традиций и даже морали, привитой мне с детства… Поцелуй, так стремительно меняющий меня, и все вокруг меня…
И когда в стеклянной комнате, через стены которой так отчетливо был виден сияющий в ночи императорский дворец, лорд Риан Тьер остановился, тяжело дыша и не отрывая от меня внимательного взгляда черных как само Темное Искусство глаз, я вдруг поняла, что ощущаю все… иначе. Грубоватую ткань платья на раскрасневшейся коже, тепло его руки, обвивающей талию, властное прикосновение второй, осторожно сжимающей волосы, жар его дыхания… я чувствовала все это так отчетливо, словно лишившись слуха и зрения, пытаюсь ощутить мир по-новому. И я его действительно — чувствовала.
— Еще? — ласково-ироничный вопрос.
— Мне страшно, — глядя в его мерцающие глаза, призналась я.
Нежная, и в то же время такая довольная улыбка, и многозначительное:
— Я с тобой.
Но я выдохнула:
— Не надо.
Улыбка стала шире. Значительно. А судя по взгляду, Риан отчетливо понимал, что я чувствую. Понимал, знал, видимо этого и добивался.
— Как скажешь, — отпустил мои волосы, взял ладошку, поднес к губам, не отрывая взгляда от моих глаз, осторожно поцеловал…
А я не могла понять что со мной… Нет, теоретически я понимала, но как самой себе объяснить, что легкое прикосновение губами к вмиг похолодевшим пальцам, может все нарастающим теплом отзываться где-то глубоко внутри? А внимательно отслеживающий малейшую мою реакцию магистр, осторожно перевернул ладонь, и уже совсем иначе, чувственно прикоснулся к тыльной ее стороне…
Стеклянную комнату городского дома лорда Риана Тьера огласил стон. И я даже не сразу поняла, что этот стон принадлежал мне… А вот когда сообразила:
— Ма… ма… магистр! — я стремительно вскочила, стул с грохотом повалился на ковер.
— Что? — весело поинтересовался Риан, сознательно не отпуская мою руку.
Он улыбался, весело так и радостно и еще — победно. Довольный такой! А я задыхалась от нахлынувших чувств и эмоций, с которыми все никак не могла справиться. Совсем никак! И мне было стыдно, что не могу с собой справится, и не по себе совсем, а еще моя ладонь в его руке… Он просто держал мою руку, он так часто это делал, но иначе это прикосновение я начала ощущать только сейчас… совсем иначе, и это прикосновение стало волнующим…
— Риан, это вино так действует? — с надеждой спросила я.
— Нет, — довольная улыбка и торжество победы в глазах.
— Магистр, вы издеваетесь сейчас? — начиная злиться, спросила я.
— Нет, — наглая-пренаглая улыбка, и я понимаю, что и Юрао и Эллохару весьма далеко до лорда Риана Тьера во всем, что касается наглости.
Молча вырвала свою ладонь, стремительно отошла к стене и, глядя на дворец, просто постаралась успокоиться. Но сердце продолжало биться в неимоверном темпе, дыхание было быстрым и поверхностным, а все тело будто горело в огне… И я вдруг поняла, что если мы будем спать вместе, как прошлую ночь, я не засну. Да я просто спать не смогу, зная что он вот так близко. Совсем…
— Риан…
— Мм? — отозвались со всем рядом, прямо за моей спиной, а я даже не услышала, как магистр подошел.
— Можно я буду спать одна?… В своей спальне.
Тихий коварный смех, и торжествующие:
— В моей маленькой северной женщине, наконец, проснулась чувственность?
И пусть сколько угодно уверяет, что не издевается! Издевался он! Одним словом — темный, причем лорд!
— Риан!
— Можно, — согласие прозвучало с нотками высочайшего дозволения, но возмущаться я не рискнула.
Как оказалось зря, потому что после он весело произнес:
— И да, не забываем о ранее произнесенной фразе.
— Это о какой? — подозрительно интересуюсь.
— «Я с тобой», — весело напомнил магистр.
Не знаю к чему это было сказано, но спала я сама, более того, меня галантно провели к до дверей моей спальни, нежно поцеловали… руку, пожелали кошмарных и удалились гордой походкой победителя.
И я действительно спала сама, примерно до двух часов ночи, а после в моей постели оказались посторонние владельцы родовых артефактов, меня нежно обняли, прижимая к себе поближе, и магистр хриплым, сонным голосом сообщил:
— Тебе четыре тысячи восемьсот девяносто семь одинаковых светильника нужны?
Хотела сразу сказать «нет», но правильная финансовая политика давала о себе
