Все началось с магического зеркала. Моя сестра-близнец решила погадать на жениха и попросила составить ей компанию. Но у нее ничего не вышло, а вот в моих руках зеркало неожиданно ожило… чтобы показать темного воина из другого мира, который чуть было меня не заметил! Но это чепуха, и зеркало точно перепутало меня и сестру. Мне-то женихи не светят — из-за дефекта магии, который возник при рождении, я навечно останусь одна… Поэтому надо поскорее забыть о таинственном незнакомце и шутках взбесившейся безделушки. Тем более что мы с сестрой отправляемся учиться в магическую Академию пурпурной розы. Там будет не до романтической ерунды! Наверное.
Авторы: Снегова Анна
снова за учебником.
Быстрым броском Морвин подался вперед и схватил мое запястье.
— Не надо. Можешь не прятаться. Шучу, шучу, я все понял! Правда. Приторможу. Вообще-то, я действительно пришел поговорить. Просто не удержался — ты слишком милая, когда краснеешь.
Под его теплым, понимающим взглядом мои страхи и нервозность растаяли без следа. Я ответила на улыбку, чувствуя, как сердце бьется все сильнее и сильнее.
— И вообще, если хочешь, пообещаю, что тебя сегодня и пальцем не коснусь — можешь перестать дергаться!
Я неуверенно кивнула.
Но когда он послушно убрал руку и откинулся поудобнее на моей подушке, неожиданно осознала, что уже скучаю по этому прикосновению. Ну вот что мне с собой делать!!
Ладно, раз сказала — значит, сказала. Теперь обратной дороги нет.
— О чем поговорим? — кисло спросила я, поворачиваясь к нему всем телом и обнимая спинку стула. А могла бы сейчас кое-кого другого обнимать, дуреха! Вот сама на себя теперь и пеняй.
— Да о чем угодно! Я думаю, для первого испытания любая информация сгодится. Так что рассказывай о себе все, что хочешь. Что ты любишь, что не любишь, про семью, про детство, любимый цвет, любимая книга, любимое чего там… цветочки-лепесточки… мне все интересно!
— Ты что, правда будешь выслушивать всю эту белиберду? — недоверчиво спросила я.
— Угу! Только если я ненароком засну, растолкаешь. Что не исключено — больно у тебя постель удобная. Ну, или можешь лечь и поспать рядом, я подвинусь.
— Морвин!!
— Что? Спать можно и просто так. А ты о чем опять подумала? Ай-яй-яй, что за развратниц набирают в эту вашу Академию!
Я закрыла лицо ладонями и рассмеялась.
Невыносимый огненный маг! И чем я такое чудо заслужила?
Прочистив горло, я принялась рассказывать.
Рассказывала долго. Он внимательно слушал, иногда задавал уточняющие вопросы — и я поняла с удивлением, что ему и правда интересно. Это было очень странное чувство. И очень приятное.
А потом у меня началась ломка.
Я осознала, что до зуда на кончиках пальцев хочу к нему прикоснуться.
После того, как столько бесконечных, одиноких лет мои руки касались лишь неживых предметов, если не считать Светлячка, у них, кажется, развилось тактильное голодание. Потребность трогать, ощущать на коже тепло, чувствовать жизнь и бьющийся в тебя пульс чужого тела — его тела! — она вдруг обрушилась на меня так, что в глазах потемнело.
Я запнулась и замолчала. Сосредоточиться было совершенно не реально.
Морвин помолчал пару секунд тоже, а потом медленно поднялся и сел ровно на кровати. Посмотрел на меня пристально, слегка прищурясь, и спросил подозрительно:
— Что?
Я судорожно перевела дыхание, не отрывая от него напряженного взгляда. Наверное, чтобы победить в Турнире, нам ведь нужна полная откровенность друг с другом?
— Ты меня сейчас убьешь. Мне хочется несовместимых вещей.
— Та-ак. Я весь внимание! И чего же тебе хочется?
Его вкрадчивый голос отозвался где-то у моего позвоночника и эхом — вниз. Я собралась с мыслями и заговорила, осторожно подбирая слова.
— Я… все-таки тоже ужасно соскучилась по тебе. Умираю, как хочу… к тебе прикоснуться. Просто прикоснуться, ничего такого! Но боюсь, что если это сделаю… ты перестанешь сдерживать тот кипящий огонь, который я вижу в твоих глазах, и который вот-вот выплеснется на меня.
— Правильно боишься, Ледышка.
— И вот что с этим делать, я не знаю, — растерянно призналась я, пряча взгляд под ресницами.
Снова молчание — тягучее и густое, как мед.
— Зато я знаю.
Я выглянула из-под ресниц. У Морвина было очень загадочное лицо, в уголках губ блуждала подозрительная улыбка. На какую очередную авантюру я только что напросилась?
— Давай сделаем так, Ледышка! Я просто посижу неподвижно, и пообещаю тебе клятвенно, что даже не шелохнусь без твоего разрешения. Ну, чтобы ты точно не боялась, что я на тебя наброшусь. А ты можешь трогать меня, сколько тебе заблагорассудится. Против не буду. Скорее наоборот.
Пока я в смятении кусала губы, он поджал под себя скрещенные ноги, а кисти рук расслабленно положил на колени. И закрыл глаза.
Неподвижное каменное изваяние. Воплощенная мужественность и сила. Прекрасная скульптура, по какому-то удивительному капризу судьбы очутившаяся на моей скромной девичей постели.
Я осторожно поднялась с места, отодвинула стул.
— Ты странно как-то сел.
— Это моя любимая поза для медитации. Не приставай! Я же должен как-то… добиться абсолютного спокойствия и невозмутимости. Чтобы не нарушить обещание. Если хочешь, научу тебя потом так же — как только ты решишь,
