Все началось с магического зеркала. Моя сестра-близнец решила погадать на жениха и попросила составить ей компанию. Но у нее ничего не вышло, а вот в моих руках зеркало неожиданно ожило… чтобы показать темного воина из другого мира, который чуть было меня не заметил! Но это чепуха, и зеркало точно перепутало меня и сестру. Мне-то женихи не светят — из-за дефекта магии, который возник при рождении, я навечно останусь одна… Поэтому надо поскорее забыть о таинственном незнакомце и шутках взбесившейся безделушки. Тем более что мы с сестрой отправляемся учиться в магическую Академию пурпурной розы. Там будет не до романтической ерунды! Наверное.
Авторы: Снегова Анна
магию наводят колдуны из твоего мира! Не мертвые, как эта ваша Иридея. Живые! Они делают это каждый год, до сих пор! На протяжении долгих лет — и это точно началось еще до того, как Роки получили свою силу. Я должен был убедиться… что это не твои родители! И не твоя портальщица-тетка! Или кто-то еще, кого ты считаешь хорошим и добрым, но кто…
Холод, холод там, где бьется пульс. Это было уже слишком. Он что, пытается оправдать себя, очерняя тех, кто мне дорог?
Из-под моих ног пронеслись во все стороны дорожки инея, заморозили ледяным кружевом пепелище вокруг. Краем глаза вижу, как подхватывает Дженни семечко с земли. Как остолбенело пялятся на нас все остальные, что замерли поодаль и пытаются понять, что вообще происходит.
Морвин в злости бьет кулаком Сферу.
— Пр-роклятье, Маэлин… да пусти же меня! Да, я не сказал. Но мне был нужен не только Замок — и ты, ты тоже нужна! Я хотел просить тебя уйти со мной. Чтобы Замок усилил твою ледяную магию. И ты помогла мне…
— Значит, я для тебя лишь средство. Тебе просто нужна была моя магия. Такой… живой артефакт… — неживым голосом откликнулась я.
Дождь обернулся мелким градом. Ледяное крошево рухнуло вниз, я услышала испуганные вскрики. Петтифи спешно колдовала, укрепляло прорехи в куполе, но это слабо помогало, поэтому все бросились под защиту скал. Все, кроме одного упрямого огненного мага, который отчего-то никак не хотел оставить меня в покое — я мне так хотелось всего лишь свернуться клубком и выплакать свою боль.
Он ожесточенно ругался сквозь зубы по-иномирному и прожигал меня взглядом, пока потоки дождя заливали его лицо. Кажется, если б у него осталось больше сил, прожег бы Сферу насквозь только этим сумасшедшим взглядом.
— Да нет же, Маэлин! Неужели ты не понимаешь? Я должен был быть осторожным… Мой мир гибнет!
Что?..
— Погибает. Он уже на грани сползания в полный хаос. Я пришел в этот в надежде найти лекарство. Найти магические силы, способные не допустить этого. С каждым годом все жарче, посевы сгорают на корню, крупных животных почти не осталось. От голода вымирают целые поселения — твой прожорливый Тушкан едва не стоил жизни деревне! Мы из последних запасов Храма Огня кормили людей. Вулканы, землетрясения… реки испаряются, и мы давно уже не видели нормальных дождей. Да, я хотел забрать тебя в свой мир вместе с этим семечком! Чтобы мы попробовали хоть что-то сделать. Вместе, понимаешь?
Это было слишком сложно. На запястье снова мелькнул паучок — и пропал. Снова затуманенное сознание не могло уловить смысл — он терялся, размывался, как образ этого мужчины за пеленой дождя.
Кажется, он куда-то звал меня?.. Но я не понимаю, куда. Я запуталась, заблудилась… я просто устала и хочу домой.
Скалы вздрогнули от странного звука.
Он приближался, этот звук — что-то знакомое, привычное, дорогое… что-то родом из детства.
Я обернулась на звук и увидела, как в кольцо из теснины влетает великолепный Снежный, задирая сияющие бледно-голубым развесистые рога. На спине снежного оленя, зверя-Хранителя Замка ледяной розы, восседает мой отец. Горделивая осанка графа Винтерстоуна. Как же сильно, оказывается, я скучала по его беспокойному взгляду, которым он безошибочно нашел меня — словно говоря: «не бойся, Улитка! Я никому и никогда не дам тебя в обиду». А потом в папином взгляде появилась острота клинка, вынимаемого из ножен — когда он увидел Морвина, что по-прежнему пытался разбить Сферу.
Магический зверь во весь опор промчал недостающие метры — взрывая пепел сверкающим копытом, он резко притормозил у самой кромки льда.
Оглушающее молчание повисло над нами, как топор над шеей казнимого.
Отец вынул меч из ножен.
— Папа… не надо. Просто забери меня домой. Ты был прав — мне не стоило уезжать, — попросила я, глотая слезы.
Морвин убрал с мерцающей Сферы ладони. У него был раненый взгляд. Почему? Ведь он сам сделал это с нами. Своей ложью.
— Значит, вот что ты решила, Маэлин… Как я мог так ошибиться! А еще как последний идиот принес это… Хотел отдать тебе после Турнира… Хорошо, что не успел.
Достал из кармана промокшей форменной куртки что-то маленькое, бросил в грязь. Отвернулся, покачнувшись, не говоря больше ни слова. Пару мгновений я смотрела ему в спину — как тогда, в нашу первую встречу. Неужели так же я буду смотреть, когда мы расстанемся? Неужели это судьба и ничего нельзя изменить?
Я подалась вперед… не помню, что хотела сказать. Возможно, окликнуть — удержать из последних сил уходящее счастье. Резко зачесалось запястье, и я остановился. Порыв угас, как свеча на ветру.
Молча и неподвижно я смотрела на то, как в напряженной ладони Морвина появляется артефакт перехода. Он снова,
