Все началось с магического зеркала. Моя сестра-близнец решила погадать на жениха и попросила составить ей компанию. Но у нее ничего не вышло, а вот в моих руках зеркало неожиданно ожило… чтобы показать темного воина из другого мира, который чуть было меня не заметил! Но это чепуха, и зеркало точно перепутало меня и сестру. Мне-то женихи не светят — из-за дефекта магии, который возник при рождении, я навечно останусь одна… Поэтому надо поскорее забыть о таинственном незнакомце и шутках взбесившейся безделушки. Тем более что мы с сестрой отправляемся учиться в магическую Академию пурпурной розы. Там будет не до романтической ерунды! Наверное.
Авторы: Снегова Анна
Ти была права — я действительно забыла кое-что важное. То, что важнее всего.
Забыла самое главное — что бы ни случилось… я люблю этого мужчину. Люблю таким, какой он есть. С его силой и слабостями, сомнениями и недостатками… любого. Потому что я полюбила его не за то, что он единственный мог проникнуть за Сферу и коснуться меня. И не за шикарную спину… хотя она у него и правда шикарная.
«За что вы любите свою пару?
— …Вот же интриганка… Ну хорошо. Я его люблю… просто потому что он — это он. Так достаточно?
— …Если честно, с удовольствием почитал бы, что Эмма ответила. И даже не знаю, ответила ли она вообще. А я скажу так. Любят не за что-то. Любят просто потому, что любят. Потому что встретил — и все, уже не можешь отпустить. И дышать без этого человека тоже не получается. Он просто становится твоим воздухом, без которого — пустота. Так достаточно?»
Да, этого действительно достаточно.
С моей руки опадают последние крохи чужой магии — как пепел облетевших листьев, как взмах крыла ночной бабочки, как эхо прошлых ошибок, которые я не хочу больше совершать.
Морвин все так же стоит у окна неподвижно — и в сгущающемся сумраке, расцвеченном звездами кристаллов, я вижу лишь темные очертания его тела. Вижу, как он опирается локтями на узкий подоконник, вижу контуры бесконечных плеч и рельеф спины… У меня словно посветлело в голове. И все, что казалось таким сложным, стало вдруг предельно, до боли простым.
— Ты не спишь, Ледышка? Это хорошо. Я тут много думал… и хотел поделиться тем, что надумал.
Он прерывается на мгновение, наверное, ждет от меня каких-то слов, но они все разбежались. И я молча слушаю, замерев на середине движения. А он продолжает.
— Прости за то, что сразу не поделился планами. Они были во многом спонтанными… но это меня не извиняет. Да, я пришел в твой мир за тобой, за своей Маэлин. Но одновременно хотел понять, кто же так сильно желает зла моему народу — насылает Зверей и Кары, разрывает ткань мироздания, заставляя на месте израненной границы меж мирами расцветать Цветы зла… И когда я узнал, что у тебя ледяная магия, что волшебный Замок может многократно ее усилить… я подумал, что возможно, судьба не случайно привела нас друг к другу. Что быть может ты — единственный шанс на исцеление моего мира. И я отчаянно боялся неосторожным словом все разрушить. Боялся именно того, что в итоге и случилось — ты подумаешь, что я с тобой только из-за этого.
Он снова замолкает, словно ждет, что я опровергну его страх. Но у меня не получается издать ни звука — голос не слушается от волнения.
Морвин выпрямляется, вцепляясь ладонями в край подоконника. Но по-прежнему не поворачивается ко мне лицом.
— К тому же, есть еще кое-что, Ледышка. Я уже говорил тебе как-то раз — терпеть не могу заранее рассказывать о планах. Вообще обсуждать какие-то планы вслух. Прозвучит глупо… но это из детства. Однажды вечером… много лет назад, когда в нашем мире еще бывали грозы… мы с отцом и старшим братом обсуждали планы на завтрашний день. Собирались пойти на рыбалку. Мать с сестрой… решали, что приготовить из нашего улова. Хотели испечь рыбный пирог. А ночью взорвался Ирианар. Вулкан, который все считали уснувшим. И с тех пор я терпеть не могу обсуждать планы. Тем более такие важные, как те, что были у меня на день, когда мы с тобой должны были обрести свой Замок. Вот из-за всей этой ерунды я и не поговорил с тобой по-человечески… когда было еще не поздно.
Больше не могу этого выносить.
Срываюсь с места, вскакиваю с постели и бегу к нему. С разгону, с разбегу — влетаю в любимую спину, прижимаюсь всем телом, обнимаю, утыкаюсь лицом.
Морвин вздрагивает, медлит секунду, а потом сжимает крепко мои запястья, скрещенные у него на груди.
Тогда начинаю рассказывать я. Обо всем, что случилось за эти дни. О злой магии, которая опутала мой разум паутиной лжи. И чем дальше говорю, тем сильнее, до боли, он сжимает мои руки. Наконец, выговариваюсь, выдыхаюсь, пересохшим горлом шепчу последнее, что хотела сказать.
— Давай просто обещаем друг другу, что больше никогда?.. Больше никаких секретов. Что мы теперь — и правда «мы». Вместе. Что бы ни пришлось…
Он поворачивает мою правую руку тыльной стороной запястья к себе. Вспыхивают очертания призрачного паука, которые постепенно бледнеют и исчезают без следа. Целует это место, и теперь там только след от его поцелуя, и больше ничего.
Медленно, не отпуская моей руки, поворачивается ко мне.
Меня штормит и качает от противоречивых чувств.
Морвин смотрит на меня пристально и как-то по-особенному пару мгновений, но по-прежнему молчит. А мне так хочется влезть ему в голову и понять, о чем он думает сейчас…
А потом он вздыхает и порывисто обнимает
