Драконы — существа высшие, разумные. Относятся к категории всесильных. А ещё они страшные зазнайки! Вот как с такими кашу сварить? Не только кашу… ещё и учиться вместе с ними невозможно. Занудные, высокомерные снобы, все как один. НЕНАВИЖУ! «Заметки на полях конспекта авторства Яны Неразумной».
Авторы: Гладышева Наталья Наташка
убивать. Или душить… или…
… Целовать. Именно этим продолжил наше общение синеглазый, стоило нам только оказаться с ним наедине в каком-то парке.
Захлебнулась воздухом и возмущением. Вот просто ничего не могла сказать или сделать. Меня крепко прижали к себе и поцеловали. Зло, страстно… странно. Потому что возмущаться не хотелось. Хотелось прильнуть и поддаться. Вот просто закрыть глаза и покориться золоту искр словно проскакивающих по коже от всего лишь от поцелуя. Было с чем сравнить… То, что я испытывала в руках Михаэля сейчас, не шло ни в какое сравнение с поцелуем Дорийского. Такого властного желания раствориться в том, кто сейчас сжимал меня в объятиях, я ни испытывала никогда. Моё внутреннее я, тянулось к дракону изо всех сил, и просто млело под перепавшей нам с ним лаской. Проклятье, что происходит? Почему уплывает разум? Ведь Михаэль вроде и не звал меня так, как Иллариоша… А если позовёт? Я что? Сразу лапки кверху и согласная на всё, даже на метку?
Подобное положение вещей меня не устраивало, поэтому изо всех сил упёрлась кулачками в торс дракона. И чего это они все сразу ко мне лапы тянут, а?
Михаэль не спешил выпускать меня из объятий, но сопротивление заметил и поцелуй прервал.
— Что не так? — спросил он хмуро. — Ты принадлежишь нашему дому…
— И? Может, и твоему отцу при встрече сразу хватать меня и тискать начинать? — спускать с рук самоуправство дракона не собиралась.
Следовало признать, что не сразу и не при встрече, но и Августин рвался меня пощупать. Правда, об этом, наверное, не стоит говорить Михаэлю, вон как нахмурился при упоминании о папаше.
— Что между вами было? — строго вопросил он и в синих глазах зажглось пламя.
— А что-то должно было быть? — решила уйти ответа по-еврейски, тоже задав вопрос.
— Отвечай прямо, когда я спрашиваю, — практически прорычал Михаэль.
— А зачем ты меня пугаешь? — капризно надула губки и шмыгнула носом. — Я же вроде ни в чём не виноватая…
— Ты? — с угрозой спросил Михаэль. — Что у тебя с Де…
— Не называй его так! — разозлилась на дракона. — Он — Штефан! А вот вы все, по сравнению с ним, настоящие дебилы!
— Как-то слишком сильно ты его защищаешь, — голос парня звучал угрожающе.
— А почему бы и не защитить друга, который один единственный не хватает меня за талию и не ломает мне ноги? — это был удар ниже пояса, стоило признать.
— Перелом? — огоньки пламени в синих глазах тут же опали, а взгляд стал сосредоточенным. — Садись…
— Зачем? — заупрямилась я.
— Я не подумал, — вздохнул дракон и нажал мне на плечи, заставляя сесть на скамейку, стоящую рядом. — У тебя же самый простой контракт.
— И? — насторожившись, подчинилась и принялась внимательно наблюдать за тем, что парень делает.
— Гипс лишний, — принял он решение и потянул штанину, которая только частично скрывала условно белые повязки, наверх.
— Ничего это он не лишний, — не согласилась с инсинуациями. — Он вообще мне уже как родной стал. Честно-честно. Не готова расстаться с ним прямо и сейчас. И вообще, мне на пару нужно!
— Что у тебя с графом Дорийским? — постукивая пальцами по гипсу, Михаэль не забыл про животрепещущие темы, ради которых, видимо, и перенёс нас сюда, чтобы поговорить.
— А он-то здесь при чём? — страдальчески закатила глаза. — Слушай… Я тебя до вчера даже не знала. Вот чего ты ко мне пристаёшь? У твоего отца целый гарем в собственности. У тебя, наверняка, тоже есть. Ведь есть? — спросила, пытливо вглядываясь в лицо дракона. — Ну? Есть? — стало отчего-то очень интересно, что же скажет Михаэль на это.
И какой-то червячок в душе заворочался, недовольный даже намёком на то, что вот у этого гада может вдруг оказаться большущий гаремище.
— У меня нет гарема, — спокойно ответил Михаэль и под его пальцами гипс начал разваливаться на куски.
— А где так целоваться научился? — вот врёт, уверена, что врёт.
— Не в гареме, — усмехнулся дракон и провёл пальцами по больной щиколотке. — Не перелом, — сказал он задумчиво.
— Не он, — согласилась с поставленным диагнозом. — А ты лечить-то вообще умеешь?
— Умею, — уверенно ответил он. — Подобные травмы точно умею.
Пробежался чуткими пальцами по ноге и отпустил.
— Всё. Можешь попробовать встать, — вздохнул он и поднялся сам.
Всё было прекрасно, кроме одного. Я как-то не догадалась прихватить с собой запасные ботинок и носок для больной ножки. И как теперь идти на пару? И ждут ли ещё меня на той паре?
— Как? — спросила язвительно.
Холодный камень дорожки в парке, на которой мы находились, как-то не располагал топтаться по нему босиком.
— Не подумал, — покаялся Михаэль
